– Перестаньте волноваться, – заявлял им Перо. – Просто сосредоточьтесь на том, что должны сделать вы.
Том Люс поднял характерный для него шум. С нахмуренным лицом и манерой, привычной для его выступлений в суде, адвокат принялся выдвигать свои обоснования, как будто его выслушивала коллегия присяжных.
– Я могу только давать советы по юридической стороне дела, но хочу сказать тебе, что это спасение может породить больше проблем и проблем
– Попытайся, – подколол его Перо.
– У тебя армия наемников, что является незаконным здесь, в Иране и любой стране, через которую проследует команда. В любом месте, куда они направятся, наемники подпадают под уголовное наказание, и вместо двух человек в тюрьме у тебя может оказаться восемь
Но это дело обернется еще хуже. Твои люди окажутся в положении намного более скверном, нежели солдаты на поле боя, – международные законы и Женевская конвенция, защищающая солдат в военной форме, не защитят эту команду спасателей.
Если эти парни в Иране попадут в плен… Росс, их
И, если это случится, семьи погибших могут выместить свое горе на тебе – по вполне понятной причине, поскольку вся эта затея выглядит
– Я ценю твой совет, Том, – спокойно промолвил Перо.
Люс уставился на него.
– Вижу, что я не сумел довести это до твоего сведения, не так ли?
Перо улыбнулся:
– Безусловно, сумел. Но если ты проживешь жизнь, беспокоясь по поводу всего плохого, что может случиться, ты скоро сможешь убедить себя, что лучше всего вообще ничего не делать.
Истина заключалась в том, что Перо было известно нечто, о чем и не подозревал Люс.
Ему везло всю жизнь.
Еще двенадцатилетним мальчишкой он разносил газеты в бедном районе с чернокожим населением Тексарканы. В те дни «Тексаркана газетт» стоила двадцать пять центов в неделю, и по воскресеньям, когда он собирал деньги, у него в конечном счете скапливалось в кошельке от сорока до пятидесяти долларов. И каждое воскресенье где-то на его пути какой-нибудь бедняк, спустивший свой недельный заработок предыдущей ночью в баре, пытался отобрать деньги у маленького Росса. Вот почему ни один другой мальчишка не осмеливался разносить газеты в этом районе. Но Росс никогда не поддавался страху. Он разъезжал на лошади, попытки ограбления никогда не были слишком злонамеренными, и ему везло. Он ни разу не лишился своих денег.
Ему вновь повезло, когда он поступал в Военно-морскую академию в Аннаполисе. Претенденты должны были заручиться покровительством сенатора или конгрессмена, но, безусловно, семья Перо не обладала нужными связями. Во всяком случае, юный Росс в жизни не видел моря – он и носу не высовывал дальше Далласа, расположенного за 180 миль от его родного города. Но в Тексаркане проживал молодой человек по имени Джош Моррис-младший, который бывал в Аннаполисе, рассказал Россу все о нем, и Росс влюбился в военно-морской флот, даже не увидев ни одного корабля. Так что он принялся бомбардировать письмами сенаторов, выклянчивая покровительство. Юнец добился своего – как это удавалось ему много раз в течение его жизни, – потому что он был слишком глуп для понимания, что это невозможно.
Лишь много лет спустя ему стало известно, каким образом это произошло. Однажды в 1949 году сенатор Уильям Ли О’Дэниэл разбирал бумаги на своем рабочем столе: его срок пребывания в сенате подошел к концу, и он не собирался вновь выставлять свою кандидатуру. Помощник напомнил ему:
– Сенатор, у нас есть незаполненное назначение в Военно-морскую академию.
– А оно требуется кому-нибудь?
– Ну, есть вот этот мальчик из Тексарканы, который несколько лет его добивается…
– Отдайте назначение ему, – приказал сенатор.
В том виде, в каком Перо слышал эту историю, его имя фактически ни разу не всплыло в разговоре.
