На крыльях орла полностью

Эмили вспомнила то время, когда они только что поженились. Билл учился в колледже, у них не хватало денег, но они упорно не прекращали идти вперед и поступали так потому, что не могли больше жить порознь. Позднее, когда карьера Билла начала продвигаться, к ним пришло процветание, и супруги постепенно приобретали все лучшие автомобили, большего размера дома, более дорогую одежду… больше вещей. Эти вещи теперь потеряли всякую ценность, думала Эмили, какое значение имело теперь, богата она или бедна. Все, что она хотела, был Билл, и муж был всем, в чем она нуждалась. Его всегда будет достаточно, чтобы сделать ее счастливой.

Если только он когда-нибудь вернется обратно.

Карен Чьяппароне сказала:

– Мамочка, почему папа не звонит? Он всегда звонит, когда уезжает.

– Он звонил сегодня, – солгала Рути. – Он прекрасно себя чувствует.

– Почему папа позвонил, когда я была в школе? Я бы хотела поболтать с ним.

– Сладенькая моя, звонить из Тегерана трудно, линии так загружены, поэтому он звонит, когда может.

Карен ушла смотреть телевизор, а Рути опустилась на стул. На улице темнело. Ей становилось все труднее врать всем о Поле.

Вот почему она уехала из Чикаго и поселилась в Далласе. Жить со своими родителями и держать все в тайне от них стало невозможным. Мама все допытывалась:

– Почему тебе все время звонят Росс и ребята с «ЭДС»?

Рути с вымученной улыбкой отвечала:

– Это так мило со стороны Росса – лично звонить мне.

Здесь, в Далласе, она худо-бедно могла открыто разговаривать с сослуживцами с «ЭДС». Более того, теперь, когда проекту в Иране определенно угрожало закрытие, Пол будет базироваться в штаб-квартире «ЭДС», так что Даллас станет их домом по меньшей мере на некоторое время, а Карен и Энн-Мари должны ходить в школу.

Все они теперь проживали у Джима и Кэйти Найфилер. Кэйти проявляла особое сочувствие, поскольку ее муж значился в первоначальном списке из четырех человек, чьи паспорта затребовал Дадгар: если бы Джим в то время оказался в Иране, ныне он томился бы в заключении вместе с Полом и Биллом. Оставайся у нас, сказала ей Кэйти; возможно, это продлится всего с неделю, потом Пол вернется. Этот разговор состоялся в начале января. С тех пор Рути предлагала снять для своей семьи квартиру, но Кэйти и слышать об этом не хотела.

Именно сейчас Кэйти ушла в парикмахерскую, дети смотрели телевизор в соседней комнате, Джим еще не вернулся домой с работы, так что Рути оставалась один на один со своими думами.

С помощью Кэйти она поддерживала свою занятость и внешне бодрилась. Рути записала Карен в школу и нашла детский сад для Энн-Мари. Она ходила обедать вместе с Кэйти и другими женами сотрудников «ЭДС» – Мэри Булвэр, Лиз Кобёрн, Мэри Скалли, Марвой Дэвис и Тони Дворанчик. Рути писала беспечные оптимистичные письма Полу и выслушивала его беспечные оптимистичные ответы, зачитываемые по телефону из Тегерана. Она ходила по магазинам и посещала вечеринки.

Рути убила массу времени на поиски дома. Она не была хорошо знакома с Далласом, но помнила, как Пол имел обыкновение говорить, что Центральная скоростная магистраль была сущим кошмаром, поэтому искала жилище подальше от нее. Рути нашла такой дом и решила купить его, чтобы он стал настоящим семейным очагом при возвращении Пола. Однако возникли юридические проблемы, поскольку для подписания документов требовалось присутствие мужа. Том Уолтер старался уладить это. Внешне Рути выглядела прекрасно, но душа ее умирала.

Ночью молодая женщина редко смыкала глаза более чем на час. Она постоянно просыпалась, терзаясь, увидит ли Пола вообще когда-нибудь. Ее неотступно преследовала мысль, что же ей придется делать, если муж не вернется. Она предполагала, что сама возвратится в Чикаго и на некоторое время останется с родителями, но не желала жить с ними постоянно. Не было сомнения в том, что ей удастся найти какую-нибудь работу… Но ее мучила не практическая сторона жизни без мужчины и заботы о себе: ее терзала мысль навсегда остаться без Пола. Рути не могла представить себе, на что будет похожа ее жизнь, если в ней не будет ее мужа. Что она будет делать, о чем заботиться, чего хотеть, что сможет сделать ее счастливой? Рути поняла, что полностью зависела от Пола. Она не могла жить без него.

Рути услышала шум подъехавшего автомобиля. Это, должно быть, вернулся домой с работы Джим: возможно, он привез какие-то новости.

Он вошел в комнату через минуту.

– Привет, Рути. Кэйти нет дома?

– Она в парикмахерской. Что произошло сегодня?

– Ну…

Она поняла по выражению его лица, что Найфилер не скажет ей ничего хорошего и просто пытается найти ободряющий способ сообщить это.

– Ну, у них была запланированная встреча для обсуждения залога, но иранцы не пришли. Завтра…

– Но почему? – Рути изо всех сил тщилась сохранить спокойствие. – Почему они не приходят, когда назначают встречи?

– Знаешь ли, иногда они уходят, чтобы поучаствовать в забастовке, иногда люди просто не могут передвигаться по городу из-за… из-за демонстраций и тому подобное…