Ей показалось, что она слушает подобные отчеты уже несколько недель. Эти вечные отсрочки, задержки, разочарования…
– Но, Джим, – начала она; затем на глаза ее навернулись слезы, и женщина оказалась не в силах сдержать их. – Джим…
Горло у нее перехватило до такой степени, что Рути была не в состоянии говорить. Она подумала: все, чего я хочу, так это моего мужа! Джим стоял в комнате, вид у него был беспомощный и смущенный. Все страдания, которые молодая женщина так долго держала в себе, внезапно прорвались, и она больше не могла совладать с собой. Рути залилась слезами и выбежала из комнаты. Она бросилась в свою спальню, упала на кровать и лежала там, выплакивая страдания своего сердца.
Лиз Кобёрн мелкими глотками потягивала свой напиток. Напротив нее за столом сидела жена Пэта Скалли Мэри и еще одна жена с «ЭДС», эвакуированная из Ирана, Тони Дворанчик. Три женщины отдыхали в «Ресипиз», ресторане на авеню Гринвилль в Далласе. Они лакомились клубничными дайкири.
Муж Тони Дворанчик находился здесь, в Далласе. Лиз знала, что Пэт Скалли исчез, как и Джей, в направлении Европы. Теперь же Мэри Скалли разговаривала так, как будто Пэт отправился не просто в Европу, а в Иран.
– Пэт в Тегеране? – спросила Лиз.
– Думаю, они все в Тегеране, – промолвила Мэри.
Лиз пришла в ужас.
– Джей в Тегеране…
Ей хотелось разреветься. Джей сказал, что находится в Париже. Почему он не мог сказать правду? Пэт Скалли не стал ничего скрывать от Мэри. Но Джей был не таков. Некоторые мужчины имеют обычай играть в покер в течение нескольких часов, но Джею необходимо было играть всю ночь напролет и весь следующий день. Другие будут играть в гольф на девяти или восемнадцати лунках, но Джей на тридцати шести. У многих мужчин была изматывающая работа, но Джею надо было работать на этой каторге в «ЭДС». Даже в армии, когда они были практически еще юнцами, Джей добровольцем пошел в одну из наиболее опасных служб: пилотом вертолета. Теперь, в самый разгар революции, его понесло в Тегеран. Все то же самое, подумала Лиз: он уехал, он лжет мне, и он находится в опасности. Внезапно у нее по коже пробежал мороз, и она почти испытала шок. Джей не вернется назад, отупело подумала Лиз. Он не выйдет оттуда живым.
Прекрасное настроение Перо вскоре улетучилось. Он проник в тюрьму, бросив вызов Дадгару, и подбодрил Пола и Билла; но все козыри все еще были на руках у его противника. После шести дней в Тегеране он осознал, почему политическое давление, которое он оказывал через Вашингтон, было неэффективным: старый режим в Тегеране отчаянно боролся за выживание и уже не обладал властью. Даже если бы Перо уплатил залог – а до того, как это могло произойти, должно было быть решено немало проблем, – Пола и Билла будут держать в Иране. Спасательный же план Саймонса был теперь провален, погублен переводом в новую тюрьму. Казалось, все надежды рухнули.
Этой ночью Перо отправился на встречу с Саймонсом.
Для безопасности он выждал до темноты. Перо надел костюм для бега трусцой и темный плащ бизнесмена. Его отвез Кин Тейлор.
Спасательная команда переехала из дома Тейлора. Тейлор теперь встретился лицом к лицу с Дадгаром, и тот принялся проверять отчеты «ЭДС»: стало вероятным, уверял Саймонс, что Дадгар совершит налет на дом Тейлора в поисках уличающих его документов. Так что Саймонс, Кобёрн и Поше проживали в доме Тони Дворанчика, который возвратился в Даллас. Из Парижа удалось прилететь в Тегеран еще двоим, Пэту Скалли и Джиму Швибаху, не отличавшемуся высоким ростом, но убойному дуэту, который по первоначальному плану, теперь бесполезному, должен был выступить в роли защитников флангов.
По сложившимся в Тегеране обычаям, съемная квартира Дворанчика занимала первый этаж трехэтажного дома, хозяин проживал наверху. Тейлор и спасательная команда оставили Перо наедине с Саймонсом. Перо с отвращением осмотрел помещение. Несомненно, это жилище отличалось безупречной чистотой, когда там обитал Тони Дворанчик, но сейчас, будучи заселенным пятью мужчинами, ни один из которых не интересовался ведением домашнего хозяйства, оно выглядело грязным и запущенным, да к тому же пропахло сигарами Саймонса.
Мощная фигура Саймонса еле поместилась в кресле. Его седые усы были кустистыми, а волосы – длинными. Как обычно, он непрерывно курил, сильно затягиваясь своей небольшой сигарой и с наслаждением вдыхая дым.
– Итак, вы видели новую тюрьму, – приступил к делу Перо.
– Так точно, – прохрипел Саймонс.
– Что вы о ней думаете?
– Даже не стоит и говорить о замысле взять ее той лобовой атакой, которую мы задумали.
– Я так и понял.
– …что оставляет нам еще целый ряд возможностей.
«Неужели?» – мелькнуло в голове у Перо.
Саймонс продолжил:
– Первая. Насколько я понял, на тюремной территории припаркованы автомобили. Мы можем изыскать способ вывезти оттуда Пола и Билла в багажнике автомобиля. Как часть этого плана или альтернативу ему, мы сможем подкупить или шантажировать генерала, в ведении которого находится тюрьма.
– Генерала Мохари.
