Безцеремонность такого разговора обяснялась тем, что незнакомец не поверил в мое кумызничество и по городскому костюму, вероятно, заподозрил во мне скупщика краденаго золота,-- этих последних в Кочкаре достаточно.
-- Удивительно вам смотреть на наш Кочкарь?-- умильно продолжал незнакомец, подробно сообщивший на всякий случай и собственный адрес.-- Как на пожар сбегается народ сюда по субботам, а все золото подымает... Был у нас тут дьякон, так он какия деньги нажил на золоте: счастье человеку привалило. Да-с... Пять лет назад что такое Кочкарь был? Деревня и больше ничего, а теперь в том роде, как американские Соединенные Штаты... Помилуйте-с, тоже и мы почитываем разныя ведомости. Вот в Австралии золотишко тоже открыли... А позвольте узнать, чем вы занимаетесь?... Обязанность какая у вас, например, в городе?...
Вернувшийся из кабака Андроныч во-время прервал это интересное знакомство с любопытным кочкарским обывателем. Обратно мы поехали тоже обездом, кругом села, потому что улица, попрежнему, была загорожена сплошными рядами телег.
-- Вот так Кочкарь... ну, ловко!-- повторял Андроныч, запрятывая бутылку с водкой за пазуху.-- Как в Пасху народ развернулся... Ловко!... Розговенье!...
На обратном пути мы начали обгонять телеги, катившияся уже домой. Пьяные мужики лежали на дне, как телята, а лошадьми правили бабы. Это обыкновенная картина патриархальнаго возвращения с праздника... Было часов около десяти утра и в воздухе начинал чувствоваться летний зной.
-- До жары поспеем домой,-- говорил Андроныч, погоняя лошадь.-- Вот так Кочкарь... ловко!...
Какая-то забубенная приисковая голова, мотавшаяся в телеге, хрипло напевала:
Отчего машина ходить?
Машинист ие заводит...
А кругом было так чудно хорошо, над головой висело такое глубокое небо, так весело звенели в воздухе невидимые жаворонки, из степи наносило таким теплым ароматом точно курившейся благовониями земли...
VII.
Наша жизнь "на кумызе" шла своим порядком -- день за днем, неделя за неделей. Лето выдалось серенькое. Постоянно перепадали дожди, и особеннаго, настоящаго степнаго жара мы совсем не чувствовали. Те же поездки по утрам к Баймагану, потом прогулка в бору, кумыз и т. д. Собственно говоря, время катилось незаметно, и если в чем чувствовалось некоторое лишение, так это в свежей газете,-- сказывалась городская привычка к последним новостям и печатной бумаге. Но в отсутствии газет была и своя хорошая сторона, именно время от времени полезно отрешиться от всякой текущей злобы русскаго дня, от тех искусственных интересов, которые так настойчиво навязывает столичная пресса скромному провинциальному читателю,-- вообще, отдохнуть и развязаться с тем строем мелких ежедневных привычек, которыми незаметно опутывается каждое существование.
