Что? Нет. Никакой точки. Ей сейчас правит обида. Злость. Не смогу я просто так позволить ей поставить, эту самую точку. Нет. Делаю несколько больших шагов и встаю сзади Никки вплотную, хватая ее за плечи. Все так туманно. Понимал, что все ее слова — правда. Я именно так и делал. Но сейчас пора исправлять это. Доказывать. Не знаю, насколько сильно я сжимаю ее плечи, но мои пальцы впиваются в голую кожу. Дергаю на себя, заставляя Никки пошатнуться и упереться спиной мне в грудь. Ее передергивает от соприкосновения наших тел. По коже пробегают мурашки, и я ощущаю их своими пальцами. Словно удар током. Как хочется забрать ее боль себе. Стереть память. Чтобы Никки не помнила, ни одного моего жесткого слова. Взгляда презренного. И тех глупых поступков, которые я творил на ее глазах. Черт. Так тошно еще не было. Она здесь. Рядом. А я не знаю, с чего начать свои действия. Разговор. Наклоняюсь, прикасаясь губами к ее волосам. Небрежно целую в макушку, зажмуривая глаза. Все кувырком. Но это не конец. Не точка, которую Николь требует поставить. Нет. Она останется со мной. Моей женщиной. Семьей. Матерью моих детей. Я готов даже стать на колени и искренне просить прощение.
— Не верю, — хриплым голосом. Меня самого трясет, от жуткого волнения и всех чувств и эмоций, что бурлят внутри, — врешь Митчелл. Ты же просто хочешь сделать мне больно. Только, — начинаю проглатывать слова, — послушай. Я убил себя вместе с тобой. Виноват. Прости меня.
— Прости? Ты понимаешь, что этого мало Майерс. — Не оборачивается. Продолжает, как вкопанная стоять на месте. — Это слово настолько ничтожно, что в нашей ситуации не имеет никакого смысла. Во мне огромная дыра. Пустота. Ее не заполнить уже ни чем. Ты сам виноват в этом.
Никки замолкает, а я понимаю, что пора мне что-то сказать. Выплеснуть все, что я ношу в себе последние пару суток. Все слова. Пусть они будут сумбурными. Она должна понять меня. Ведь все чувствует, несмотря ни на что. Это больше не будет больно. Это будет признанием. Для нас двоих. Я очень надеюсь, что оно сможет открыть Никки глаза и придать смелость. Стереть все сомнения. Хватит топтаться на месте. Пора идти вперед. С этого самого момента. С этой секунды. Все еще не выпуская ее из своих рук, рывком разворачиваю к себе лицом. Пальцы словно приросли к ней. Нужно отпустить. Успокоиться и начать разговор. Собираю всю свою волю в кулак. Глубже вздыхаю и немного встряхиваю за плечи. Никки поднимает голову и смотрит прямо в глаза. Прожигая насквозь. Испепеляя меня. Становиться невыносимо жарко от напора этих зеленых глаз. Голова идет кругом. В них столько злости. Ненависти. Любви. Всего. Эти чувства льются через край. Невидимой энергией передаются мне, и я понимаю, насколько сейчас Николь борется сама с собой.
— Виноват, — губы словно говорят сами по себе, — я дерьмо Митчелл. Знаю это. Признаю перед тобой. Все разрушил. Не смог сдержать своих демонов и дать тебе шанс. Но прошу, — не отвожу от нее своих глаз ни на секунду. Зрачки мгновенно расширяются. Глаза становятся черными. Устрашающими. Зловещими. Сглатываю, — выслушай меня. Просто дай мне высказаться. Наверно я не имею права даже на слова, но …. — Черт. Руки трясутся. Голос дрожит. Я сам не свой, — Никки… Ты ворвалась в мою жизнь, как ураган. До тебя… — потираю ладонями лицо, пытаясь хоть как-то собрать все мысли в кучу, чтобы говорить последовательно. — Моя жизнь была заурядной. Спокойной. Я не был знаком ни с одним из тех чувств, что ты разбудила во мне. Та ночь. В клубе у Рене, стала роковой. Для нас обоих, — начинаю ходить туда-сюда прямо перед ней. Ноги утопают в песке. А раскаты грома становятся все сильнее. Наверно скоро хлынет дождь. Плевать, — мы слепо окунулись в это чувство, ничего оба о нем не предполагая. К сожалению, я не знаю ничего о твоих отношениях с мужчинами, и сколько у тебя их было до мужа и во время него. И даже это уже неважно Митчелл. Эта встреча была предначертана судьбой нам обоим. Хотя бы этого не отрицай. — Замолкаю, пытаясь надышаться кислородом, который молниеносно заканчивался в легких. С каждым произнесенным вслух словом, даже не смотря ей в глаза, мне становилось чуточку легче. Смелее.
— Для чего ты затеял этот разговор? Райт, — Никки опускает голову и начинает медленно прохаживаться, — все, чтобы ты не сказал сейчас, не исправит того, что произошло между нами. Ты прав, встреча была роковая, и она сгубила меня.
