На лезвии любви полностью

А значит, разрыв помолвки, когда все закончится, будет несколько сложнее, чем я думала. Причем из-за меня самой.

– Мистер Браунс – отличный отец, – внезапно сообщил Ричард. – Без шуток. Он очень о тебе заботится.

– Я знаю.

– И очень хочет, чтобы ты стала той, кем сама захочешь, а не кем видит тебя бабушка.

– Это точно. Бабушка была бы рада, окажись я кисейной барышней с факультета искусств, только и умеющей, что вышивать крестиком и высокопарно говорить о художниках и бардах.

– Уверен, ты и с этим могла бы справиться, если бы потребовалось, – отпустил комплимент Ричард. – Особенно после того, что сегодня устроила.

– О чем ты?

– Ты та еще интриганка, Эрналия, – со смехом произнес Ричард, придерживая для меня калитку на входе в академию. – Я постараюсь не раздражать тебя так сильно, как твоя бабушка. Но, пожалуйста, больше никаких моллюсков! В этом мы с графиней Роунвесской похожи, разве что у меня на них нет аллергии.

– Хорошо, больше никаких моллюсков, – капитулировала я.

Искоса глянула на главное здание ВАКа. В кабинете ректора горели магические светильники. А значит, он все еще меня ждет. И проигнорировать это приглашение я не могу.

– Мне надо зайти в кабинет «Хроник», – соврала я, обращаясь к Ричарду. – До завтра.

– Я провожу, – тут же вызвался Ричард.

Ну вот почему так мало людей, которым говоришь «нет», и они тут же с легкостью это принимают?

– Не стоит, – как можно мягче ответила я. – Сама справлюсь.

Ричард замер, но лишь на секунду. А потом произнес:

– Хорошо.

С этим «хорошо» я и распрощалась с ним, мысленно кляня себя за ситуацию, в которой оказалась. Мозгом я понимала, что Ричард – действительно неплохой парень, и сегодня он это доказал. Вот только сердце никак не желало разворачиваться в его сторону. Да и что уж там – я не особо его заставляла. Там было слишком тесно и без Уилкинса.

– Добрый вечер, студентка Браунс, – произнес Дарен, когда я вошла в его кабинет.

На столе не было ни одной стопки документов. Лишь хрустальный графин с жидкостью цвета крепко заваренного чая да красивый стакан. Верхняя пуговица рубашки была расстегнута, от мантии ректор избавился.

– Вы наверняка пришли с благодарностями за то, что вам с Уилкинсом удалось вернуться в академию без всяческих дополнительных проверок и выговоров.

– Да, спасибо большое, – не стала отнекиваться я, хотя внутри поднималось беспокойство. Не нужно было обладать особенными аналитическими навыками, чтобы понять, что Дарен Неррс пьян.

– А также для того, чтобы получить свое наказание, – продолжил Неррс.

Я прошла в глубь комнаты и встала прямо напротив стола, не сводя с ректора напряженного взгляда. Так хотелось подойти ближе, погладить его по легкой щетине и убедить в том, что ничего особенного не происходит. Вот только я не могла себе этого позволить и изо всех сил пыталась удержать себя на одном месте.

– Все, что вы посчитаете уместным, – смиренно произнесла я.

Думала, что сейчас мне назначат отработку, влепят штрафные баллы, но никак не ожидала услышать:

– Тогда поцелуй меня.

– Что? – хрипло переспросила я.

Меня бросило в жар, я не знала, куда деть глаза.

– Я считаю уместным наказание в виде поцелуя, что скажешь? – с какой-то злой насмешкой поинтересовался Дарен. Он откинулся в кресле и сделал большой глоток.

Что я вообще могла на это сказать?! Ни-че-го. А потому осталась стоять на месте и прожигать взглядом пол. Прошла минута. Может, две.

– Эрни… – устало начал Дарен, поднимаясь с кресла. Он вышел из-за стола и встал напротив меня на расстоянии нескольких шагов. – Ты хочешь вернуться в АВМ?

Я подняла на него удивленный взгляд. Что происходит в его голове? Что он выдаст в следующую секунду? Поймала себя на мысли, что этот разговор слишком уж похож на дуэль. Вот только я никак не могла разгадать тактику Дарена Неррса.

– Я готов покрыть все расходы, связанные с обратным переводом. И само образование оплачу вплоть до последнего курса. Могу это сделать официально, через ВАК, или как частное анонимное лицо. Как тебе будет удобно.

Что он несет?!

– И совершенно безвозмездно, – с тяжелым вздохом произнес Дарен, поднимая голову и взглядом упираясь в потолок.

– Зачем? – сухо поинтересовалась я, когда Неррс закончил свой монолог.

– Мне тяжело наблюдать за развитием ваших отношений с Уилкинсом. Я смогу с этим смириться, но только если это не будет происходить на моих глазах, – тихо сказал Неррс.

Мне не верилось. Ректор ВАКа, артефактор с мировым именем и просто достойнейший из мужчин сейчас с такой легкостью признавался в своей слабости. Этот акт доверия подкупал.

Я из последних сил сдерживалась, чтобы не сделать один-единственный шаг вперед, не разрушить все выстроенные барьеры. Нельзя, Эрна… Пока нельзя.

Морэн прав. Если ректор узнает правду, он не позволит мне выяснить, причастны ли Уилкинсы к тому, что происходит в нашей семье. Он с упорством тарана пойдет ломать все песчаные замки, которые мы с главным дознавателем выстроили, чтобы докопаться до истины. Все надежды, все… все полетит в бездну. Увы, другого плана нет.