Всем своим существом и Егор, и бригадир с Коксохима, и другие члены бригады убеждают, что уважения коллектива достоин лишь тот, кто не стоит в стороне от общих требований, кто вкладывает всего себя в труд, в жизнь, любовь — во все, что создает и чем живет его маленькая ячейка.
Эти простые рабочие парни в поэме Ручьева ответили на главный вопрос революционной нравственности: на вопрос о способности человека чувствовать себя частью коллектива, объединенного общей осознанной целью, ощущать слитность своих интересов с интересами товарищей по работе.
Ан. Франсу принадлежат слова:
«Искусству угрожают два «чудовища» — художник, который не является мастером, и мастер, который не является художником».
Борис Ручьев сочетал в себе и художника, и непревзойденного мастера. Он обладал не только острым слухом как поэт, но и острым зрением как мыслитель. Поэзия его извлекала из жизни рабочей среды ее истинный дух и значение.
Поэтическая мысль Ручьева, объявшая все стороны величественной индустриальной истории, тем и ценна и совершенна, что с огромной художественной силой раскрывает историческое значение социалистических преобразований, священных в развитии нашего государства.
Стоя на самых передовых позициях страны, Борис Ручьев постиг в образах действительность, которая в летописи героических дел нашего народа завоевала себе почетное место.
Пройдет сто, двести лет, и поэт комсомольской Магнитки, говоря с молодым современником, будет все рассказывать о том, как они воздвигали свой металлургический гигант и город-сад, и каждое новое поколение комсомольцев воспримет это как рассказ о себе:
С такой же силой, с таким же душевным волнением и лирической проникновенностью через сто, двести лет миллионная комсомолия будет из уст в уста передавать чеканные строки поэта:
Насыщенный мыслью и эмоциональным напряжением ручьевский стих является для комсомолии могучей духовной силой в строительстве коммунистического общества.
А кто не знает этих строк Ручьева, ставших живой историей, вечным спутником строителей-романтиков?
«Песня о брезентовой палатке»… Глубокая по мысли и сложившаяся так естественно в ясную, простую форму, не она ли свидетельствует о высоком мастерстве поэта, не она ли свидетельствует о трудовой доблести советских патриотов, о их беззаветном служении Родине?
Говорят в народе: «Надо красоту любить без прихотливости, а мудрость без излишества».
Это как раз то самое, что, видимо, для себя усвоил поэт Борис Александрович Ручьев.
Уловив в труде присутствующее всегда совершенство, он во всех своих произведениях без излишеств и прихотливости продолжал рассказывать о нем своему современнику.
И тем предстал перед читателем как человек с цельной натурой, с чистой возвышенной душой и огромными нравственными силами, которые образование только развивает в человеке, но дает их ему — природа.
Борис Ручьев партиен в самом истинном и всеобъемлющем значении этого понятия; он воплотил в своем большом сердце все могучее, что было заложено в энтузиазме бессмертных героев Магнитки.
Это она, Россия, которая «пошла» да «повалила» на Магнитострой, — «Обью, Вологдой, Волгою полой, по-юнацки баской — без усов, бородатою да длиннополой, да с гармонями в сто голосов», выдвинула его в свои певцы с весомым словом-образом и крепким голосом, чтоб песня за душу хватала. Это она, Магнитка, дала стране поэта, вечно молодого, с «КИМ отметинкой на груди».
