Легенда, представляющая исторический и религиозный интерес, объясняет поведение жителей Коморских островов. Они приписывают дюгоням человеческое происхождение. Их считают грешниками, которые превращены в животных и расплачиваются теперь за свои прегрешения. Нам рассказывали, например, что как-то Аллах застал в лодке брата и сестру в кровосмесительных объятиях. Разгневанный бог превратил обоих преступников в рыб с человеческим обликом. Вот почему охота на дюгоней практически рассматривается туземцами как человекоубийство и должна подготавливаться со всеми вышеописанными церемониями.
Сирена испускает последний вздох, и нгалава направляется к берегу. Гарпунер берет большую раковину, которая хранится обыкновенно в лодке под скамьей, и, дуя в нее, оповещает деревню, что обряд исполнен. Толпа на берегу с радостью прислушивается к звукам, идущим с моря, и жрец приказывает всем собравшимся приготовиться должным образом к прибытию дюгоня.
Пирога возвращается. Забыв все правила приличия, толпа с криками и воплями волочит по берегу тушу животного. Добычу доставляют к порогу хижины гарпунера, но внутрь ее никогда не втаскивают. Было бы величайшим святотатством внести в человеческое жилище хотя бы один кусок мяса проклятого богом создания. Последующие часы уходят на разделку туши и на приготовление пищи для всего селения. Кушанье варится в морской воде, добавление пресной воды строжайше запрещено. Женщины опять затягивают свою песню, а мужчины, став в круг, молча ожидают, когда начнется распределение вареного мяса.
Когда трапеза завершена, исполняются остальные важные обряды. Кровь животного, собранная ранее в один сосуд, делится теперь на три порции. Первая часть выплескивается в море, вторая выливается в песок возле пироги, а третьей окропляют гарпун и нос лодки. Муалиму сжигает немного дюгоньего жира в курильнице и бормочет заклинания. После этого все расходятся по домам. Обряд завершен. Жрец вымолил прощение за совершенное человекоубийство и умилостивил духов моря на будущее. Медленно разгорается заря. На берегу уже нет ни души. В нескольких метрах от моря, в стороне от всех остальных, лежит заговоренная пирога. С ее носа все еще стекает каплями кровь сирены.
Гранд-Комор поднялся из моря позже других островов Коморского архипелага. Об этом свидетельствуют сравнительная молодость его почвенного покрова и интенсивная вулканическая деятельность величественной Карталы, показывающая, что силы, вызвавшие появление острова из морских глубин, все еще не исчерпаны. Лавовые скалы, базальты и лапилли носят на себе лишь самые незначительные следы выветривания, и повсюду, где нет растительности, тянутся гребни лавы, застывшей словно только вчера.
Несмотря на частые дожди, наводнений на острове не бывает. Пористая структура пород, отсутствие плотных, непроницаемых слоев — все это препятствует скоплению большого количества подпочвенных вод, и на склонах вулкана совершенно нет родников. Питьевой воды не хватает, но только самые богатые из островитян владеют специальными цистернами для собирания дождевой воды. Остальные выдалбливают в скалах поблизости от берега большие углубления, куда просачивается море во время приливов, наполняя эти резервуары соленой водой. Местные жители настолько привыкли к ее вкусу, что и дождевую воду пьют только прибавив к ней морской воды. Но, несмотря на недостаток воды и на то, что черноземный слой на скалистой породе имеет в толщину всего несколько сантиметров, почва настолько плодородна, что Гранд-Комор покрыт пышной тропической растительностью. Лавры, лимонные и апельсиновые деревья, ароматические растения, палисандры, пальмовые рощи, иланг-иланг, манго, дынные, эбеновые и хлебные деревья окружают плантации маниоки, ванили и ананасов. Еще выше, на высоте тысячи и более метров над уровнем моря, раскинулся девственный тропический лес, состоящий из растений столь же древнего происхождения, как и сама растительная жизнь. Во влажном сумраке этого леса, как и в археозойскую эру, нет ни одного животного. Таинственный, безмолвный лес, как барьер, окружает склоны Карталы. Люди сюда не добираются. Солнце не сияет над лесом — непроницаемая облачная корона, скрывающая от взора смертных священный огнедышащий кратер, не пропускает его лучей.
Побуждаемые желанием как следует изучить природу острова, мы провели здесь целый месяц. На «Марсуине», на маленьком грузовичке или пешком путешествуем мы по острову, пробираясь в глухие, отдаленные от городов и деревень места.
В отличие от других островов Гранд-Комор в древности не был морским дном: своим происхождением он обязан раскаленным массам, на которых покоится земная кора. Острова, изученные нами прежде, рождены водой, Гранд-Комор возник из пламени.
