- На развитие науки, - сказал я, - на развитие науки! А то уже вижу, что подумали. Поверьте, не все финансисты только и думают, как нажиться. Все с собой в могилу не заберешь, знают. И готовы ухватиться за любой шанс, даже призрачный. Что мы и делаем. Вы с нами?
Он криво усмехнулся.
- Как и вы с нами.
Глава 2
Пообщался еще раз с ребятами из журнала «Биохакер». Взаимоотношения с главредом, трения с коллективом, где есть и буйные, ну как же без них, попытался утихомирить и заметил, что на меня смотрят, как на ретрограда, что не понимает смелого взлета их мысли, или не решается сделать следующий шаг.
Я смотрел с нежностью, мне-то понятно, что сейчас биохакерство – это БАДы, различные препараты, что абсолютно ничего не дадут, только зря истраченные деньги, но ребятам говорить не стоит, пусть думают, что Омега-3 или еще что-то, чьи ценные свойства только что открыли, дадут ключ к полному здоровью и продлению жизни.
Главное, сохранить этот настрой, сделать биохакерство как можно более масштабным. Массовым все равно не станет, но позже появятся в самом деле препараты, что воздействуют на когнитивные способности, а затем придут гаджеты, что можно встраивать в тело, типа электронных ключей для прохода через турникеты в метро, о чем ребята и сами догадываются, но пока это все в задумках, что кажутся безумно революционными..
Таис в мужско-женском костюме, выглядит так, словно только что с приема в Кремлевском Дворце Съездов, торжественная и победоносная, поднялась из-за стола и пошла ко мне с таким видом, что мне захотелось отдать ей честь.
- Блеск, – сказал я, - вижу, все идет лучше некуда. Последний выпуск вообще что-то! Расхватали на цитаты, хотя статья насчет замедления прогресса слишком задиристая.
Она возразила:
- Но вызвала ажиотаж и споры! А это внимание и тираж. Здравствуйте, Артур Николаевич!
- Привет, - ответил я, - ведите, изволю взглянуть государевым оком.
В своем кабинете она повела красноречивым взглядом на диван, это у нас уже в правилах игры, обыгрываем тему близкого секса работодателя с работником, когда уже вот-вот, но все то некогда, то лыжи мешают.
Вообще-то так интереснее, прелюдия для знающих цену интереснее самого спектакля. это понимает и, как мне кажется, вздохнула еще тогда с великим облегчением, когда я в нужный момент мазнул пальцем по пробелу.
- Прекрасный диван, - сказал я. – И еще не продавлен... слишком уж заметно. Или это новый?
- Я не допускаю нецелевого расходования средств, - заметила она ровным голосом. – Приобретаем только новое оборудование, хотя за это время понадобился всего лишь усовершенствованный принтер. Остальное на жалование и гонорары. Зря не расходуем ваши капиталы!
- Прекрасно, - ответил я. – Чего-то опасаетесь?
- Конечно, - ответила она. – Вдруг эта блажь пройдет, возжелаете завести арабских рысаков или выстроить новое казино?
Судя по ее лицу, так не думает, но на всякий случай прощупывает, молодец.
Я ответил как можно более искреннее:
- Новое казино не продлит мою замечательную жизнь. А сейчас, когда мир дефицита сменился миром профицита, я как никогда хочу увидеть, как там и что удивительного дальше.
Она явно оценила мои слова, не всякий мужчина вот так возьмет и признается в страхе смерти, взглянула прямо и строго.
- Позвольте догадку, вы создали не только наш журнал?.. И тот институт, что уже не институт, а медцентр?
Я ответил с небрежностью Креза:
- Не только. Продолжаю основывать научно-исследовательские кластеры в области медицины. Здесь и там, в забугорье. Сейчас мой капитал стремительно тает... но вас это пусть не волнует. Его хватит. Я уже не один! Осторожно начинаем переориентировать медицину, а также массовое сознание электрорателей, что сейчас противятся, но потом прибегут с требованием дать им бессмертие первыми, потому что у нас демократия, а они бедные и пьяные!
Я остановился, подбирая слова, она спросила осторожно:
- Почему?
- Потому что им всегда все должны, - пояснил я. – Но пока что такой проблемы нет. Принято считать, надо лечить болезни, а старость и смерть неизбежны.
Она смерила меня внимательным взглядом.
- Намерены сдвинуть такую гору?
- Смотря сколько нас будет, - ответил я. – Нужно внедрить в массы идею, что победа над смертью уже не только фантазии, а инженерная проблема. Пусть пока что и неимоверно трудная. Но если не решить, то какой толк от всех наших миллиардов, от наших усилий, от вообще учебы?..
Ее лицо слегка помрачнело, в глаза промелькнула тень.
- Спасибо за такую откровенность. Это высокая степень доверия, понимаю. Я о таких вещах стараюсь не думать, становится страшно, всю охватывает могильным холодом. И такая безнадега, что хоть волком вой, ладно, волчицей... Или волчицы, в отличие от самцов, не воют?
- У вас шанс больше, - сказал я обнадеживающе. – Моложе, да и живут женщины дольше... Так что не отвлекайтесь!
- Ни в коей мере, - ответила она и указала взглядом на диван. – Моя работа мне нравится очень-очень, я здесь с утра до поздней ночи. Так что если вам нужна разгрузка, можно не тратить деньги на номер в отеле.
Я заулыбался.
- Буду помнить.