Официант через две минуты вкатил на столике кофейник с двумя чашками. Она до пояса прикрылась одеялом, а он, не поведя бровью, перегрузил на прикроватный столик вслед за кофе сладости и отбыл, ровный и настолько невозмутимый, словно их уже заменили роботами.
Она, подложив под спину подушку, уселась у изголовья и с явным удовольствием пила кофе, поглядывая поверх края смеющимися глазами. Не знает еще, что я и после крепкого кофе сплю, как бревно, никаких камасутр не ожидается. Или все же догадывается, из-за чего уважение только растет, мало кто из мужчин может позволить вести себя как хочет, а не как положено и принято в таком деликатном деле.
- Догадывалась, - сказала она, - что такие мужчины есть, но вы первый, не сочтите за лесть.
- Верю, - ответил я серьезно. – Значит, просто не сталкивалась с увлеченными чем-то, кроме женщин, самцами. Нас немало, но на фоне озабоченных бабников и пикаперов как бы и нет вовсе. Но мы есть.
Она широко улыбнулась.
- Я счастлива. Честно-честно. Есть за кем тянуться. Не поверите, но не хочется быть просто женщиной! Пусть даже самой-самой красивой. Не все понимают, что в этом что-то унизительное.
- А ты как понимаешь?
Она улыбнулась.
- Чувствую. Всей кожей. Она у нас ощущательная. Хотя не у всех. Есть женщины со слоновьей шкурой. Правда, участвуют не в конкурсах на фигуру и мордочку, а служат в армии, полиции, бухгалтерии и воспитателями в детских садах.
Я засмеялся.
- Точно! Встречал таких.
Она заметила:
- Большинство женщин такое не просто устраивает, но даже стремятся к толстокожести.
- А ты амбициозная, – заметил я.
- Правда? – спросила она. – Нет, амбиции – это когда чего-то хочешь и добиваешься. А я знаю только, чего не хочу.
- Это по-детски, - сказал я.
- Может, женщины всегда дети?
- Женщины уже в детстве взрослые, - уточнил я. – Это мужчины дольше остаются наивными романтиками... Даже в любовь некоторые, представляешь, верят!
Она улыбнулась.
- Верующие всегда лучше неверующих.
- Точно, - согласился я. – Но мы с тобой неверующие. Так что ложись на спину и еще разок раздвинь ноги.
Глава 6
Инстинкт требует покрыть самок как можно больше, но стремительно укрепляющийся за последние века неокортекс напоминает, что в этом случае останешься рядовым самцом, а чтобы стать вожаком племени нужно больше уделять сил и времени учебе, самосовершенствованию и укреплению своей власти.
Если сумеешь стать вожаком, самки и так все твои, остальным самцам только то, до чего не дотянешься или чем побрезгуешь, но чтобы стать им, нужны такие усилия, что иной предпочтет оставаться внизу, зато сразу при самках. А что не элитные, так кто в постели видит разницу?
С утра на палубе пусто, даже самые настойчивые золотоискательницы еще спят, настоящая охота на миллиардеров начнется позже. Те тоже до обеда либо спят, либо назначают по каналам связи время встреч, уточняют темы переговоров, даже обсуждают в черновых вариантах предложения сотрудничества, а вот после обеда начнут появляться на девятой или седьмой палубах, а уже вечером, когда с деловыми встречами покончено, будут обращать внимание и на женщин, таких красивых, доступных и покладистых, как салфетки, которые как положи, так и лежат.
Диадортос занят, как на деловых раутах, хотя ему не до сделок, он же хозяин и обязан предусмотреть все и для всех, но его брат, соучредитель в его кораблестроительных проектах, как-то наткнулся на меня, случайно или намеренно, сунул в руку бокал с шампанским и спросил с интересом:
- Артур, а зачем вам это все?
- Что все? – спросил я.
Он обвел рукой вокруг.
- Этот роскошный курорт, длинноногие красотки... Вы же ими не пользуетесь, словно импотент какой.
Я поморщился.
- Грубый вы человек. Все знают, что трахаю Беатрису Клейн, это мисс Вселенная, а недавно вдул Кларе Гердельфарб, что получила Оскара за киноблокбастер... не припомню название, не смотрел, честно говоря.
Он улыбнулся.
- Да, вы позаботились, чтобы об этом знало народу как можно больше. Хотя могли бы поиметь всех, включая бармена. Это какое-то прикрытие для тайных операций?.. Признавайтесь, это вы поставляете оружие для войны в Йемене?
- Не интересуюсь, - отрубил я.
Он сказал понимающе:
- А что прикрытие, не отрицаете.
Я сказал с неудовольствием:
– Вас убивать пока, слишком до всего докапываетесь. Вы же лучший в мире бухгалтер!.. И вроде без особых амбиций.
- Без амбиций, - подтвердил он. – Я интроверт, мне уютно в скорлупке. Просто мозг все время ищет и находит работу.
- Я вам задам работу, - пригрозил я, - задам, так задам!
- Задайте, - ответил он с готовностью. – Это же счастье сотрудничать с человеком, у которого все сделки приносят прибыль!
- Вы не про все мои сделки знаете, – сказал я. – Другие приносят убытки. Так что все в равновесии.
- Да? – спросил он с сомнением. – Но вы тот же, никогда не видел вас в депрессии. Или хотя бы павшим духом.
- У кого упадет дух, - ответил я, - у того упадет все. Так что не дождетесь. Я всегда бодр, даже когда не бодр, и очень как бы нос в табаке.
- Улыбка у вас очаровательная, - согласился он. – Даже не подумаешь, что вам что-то прищемило.