На один удар больше полностью

— Там тренер действительно палку перегнул. Решил как-то на тренировке: халтурит. И за каждый удар неправильный заставлял пять «кенгуру» прыгать. Женька-то обычно присутствовала, из кафе наблюдала. А в тот вечер отлучилась куда-то. Приезжает забирать — Мити на корте нет. В обморок упал. Вызвали «Скорую», он в медкабинете лежит бледный, плачет. Ничего серьезного не оказалось, даже в больницу не забрали. Только Женька — она горячая была. Тренеру устроила дикий скандал. Обозвала убийцей. Митька, похоже, подслушал — повторял потом: «Пьеступник, пьеступник!» А вечером совсем разошелся. Пошел во двор ракетку жечь. Я разозлился, хотел ремня дать, но Женька — на защиту. Перед малявкой извинялась, дура такая: прости, я перед тобой виновата! Тем теннис и закончился.

— А чего ты мне эту историю раньше не рассказал? — упрекнула Садовникова.

— Так говорю же: Митька умолил. Перед тем как к тебе переехать. Боялся, ты тоже решишь из него чемпиона делать. Я ему сказал: «Все равно ведь проболтаешься». Как в воду глядел — все-таки трепанул.

— У него прямо такой огромный талант? — задумчиво спросила Татьяна.

— Женька считала, да. Называла его «мой Федерер будущий».

— А у тебя не осталось результатов того тестирования?

— Не-а, зачем мне эти бумажки. Выбросил.

— Но где оно хоть было?

— Да шут его упомнит. НИИ какой-то. Спортивной медицины, что ли. Бланки солидные, с печатями, логотипами. Там вроде две части было. Физические данные и психологические склонности. Женька объясняла: обычно детям несколько видов спорта советуют. Но у Митьки все именно на теннисе сошлось. Ноги быстрые, реакция моментальная, плюс мышление какое-то особое. Как у шахматиста. В заключении прямо капсом было выделено: НАСТОЯТЕЛЬНО РЕКОМЕНДОВАН БОЛЬШОЙ ТЕННИС. Может, правда бы чемпионом стал. — Прищурился: — Ты, я так понимаю, богатая. Хочешь все-таки пробовать из Митьки теннисную звезду сделать?

— Ой, Максим, брось, — отмахнулась. — Важнее всех тестов, чтобы ребенок сам хотел и все силы прилагал. А Митю, я так понимаю, круто передавили. Мыслимое ли дело — молчать столько лет! Значит, были причины. Но все-таки я его уговорила. Два раза в неделю на тренировки будет ходить. Для здоровья.

Юлия Юрьевна успела застать времена, когда спорт в стране был бесплатным. Но даже в эпоху СССР мало кому из способных ребят удавалось развивать таланты за счет бюджета. А нынче совсем просто: есть деньги — тренируйся. Нет — ходи в школьный кружок на хоровое пение.

Юлия Юрьевна работала в теннисном клубе «Викинг» спортивным директором и вечно балансировала между выгодой и идеей. С выгодой понятно: начальство требовало, чтобы корты не простаивали и тренеры постоянно были заняты. Продвигать идею — дать возможность играть всем, кто хочет, — оказалось куда сложнее. Сколько ребят через ее руки прошло — таланты, возможно, звезды! Но мама, допустим, считает: теннис нужен исключительно для общего развития. Или — что гораздо чаще — просто денег у родителей нет оплачивать дорогие индивидуальные тренировки. Обычно в подобных ситуациях разговор короткий: не тянешь финансово полный комплекс — изволь на выход. Но Юлия Юрьевна считала: давать шанс надо всем. Поэтому в «Викинге» можно было найти группу на любой вкус. Подростки, кто когда-то тренировался серьезно, но спортсменом стать не смог. Ребята с особенностями развития. Новички, кто пришел в теннис совсем поздно — хоть в десять, хоть в пятьдесят лет.

Юлия Юрьевна настаивала: даже самому с виду неспортивному нужно дать почувствовать вкус, драйв игры. Она искренне считала: когда у человека получается классный удар (пусть хотя бы один за всю тренировку) — это ни с чем не сравнимый кайф. И возможно, толчок к будущим серьезным победам.

На мальчишку в жизнерадостной форме яичного цвета она обратила внимание, когда тот прыгал «кенгуру» — неохотно, с ленцой. Заглянула на корт к молодому тренеру Александру, где тот работал с разношерстной компанией новичков — от восьми до тринадцати. Спросила:

— Чем провинился?

Наставник возмущенно ответил:

— И сам работать не хочет, и группу мне разваливает. Болтовня бесконечная.

— Почему не трудишься? — обратилась к пацану, по виду лет десяти.

Тот скривился:

— Скучища.

— А зачем пришел тогда?

— Мама заставила.

Сколько раз она это слышала!

Форма у мальчишки дорогого бренда, кроссовки, ракетка тоже недешевые. Мама, вероятно, очередная обеспеченная мадам — кому вдруг взбрело в голову записать сына на элитный спорт.

Впрочем, поначалу многих приходилось заставлять — даже легенда тенниса Роджер Федерер прятался от тренера на дереве. Поэтому уточнила:

— Тебе что именно не нравится? Играть или удары отрабатывать?

— Да все скучно.

А девчонка из группы наябедничала:

— И мячиками он в меня швыряется.

— Мячик нужен для того, чтобы его через сетку перекинуть, — назидательно сказала Юлия Юрьевна.

— Тоже мне, проблема, — фыркнул юный бунтарь.

— Окей, — отозвалась хладнокровно. — Десять раз перекинешь — дам приз.

Продемонстрировала брелок в виде теннисной ракетки — недавно уговорила директора закупить большую партию, чтоб поощрять старательных.