Среди гигантских стальных небоскрёбов, словно острова в бушующем море металла, раскинулся запутанный лабиринт переулков, известный местным как Клоака. Неоновые огни пульсировали, окрашивая грязные стены домов в электрик-синий и малиново-красный цвета, создавая причудливые тени на каждом углу. Из вентиляционных решёток вырывался шипящий пар, смешиваясь с дождём и образуя плотный занавес тумана, который будто старался заполнить собой каждый переулок. Стены были покрыты граффити — яркими, дерзкими, порой даже абсурдными. Геометрические формы переплетались с изображениями биомеханических существ, напоминая о том, что граница между технологией и природой давно исчезла. На некоторых стенах красовались изображения огненных птиц на белом фоне, под которыми красовались гневные лозунги, написанные крупными буквами.
Людей на улицах было немного. Те немногие, кто всё ещё бродил под дождём, спешили спрятаться под навесами или в немногочисленных забегаловках. Они были плотно закутаны в синтетические плащи, которые блестели от воды, а их силуэты едва различимо маячили в свете неоновых реклам. Шум дождя сливался с тихим гулом квик-каров, время от времени нарушаемым пронзительным завыванием воздушных яликов, летящих высоко над крышами.
Ночлег нашёлся быстрее, чем ожидал Дейн. В этот раз Леди Судьба, казалось, решила ему улыбнуться. Рядом с одной из улиц, освещённой тусклым светом фонарей, он заметил постоялый двор. Фасад здания, выполненный из блеклого белого камня, говорил о его древности. Здание словно пережило века, сохранив свою первозданную форму вопреки экспансии стали и стекла, которые поглотили весь остальной город. По стенам медленно ползал паукообразный конструкт, попытки которого стереть похабное граффити выглядели бесперспективными. У входа толпились несколько бездомных, закутанных в рваные дождевики. Они жались вокруг пыхтящего генератора тепла, жарко споря о погоде. В одном из мусорных контейнеров рылось странное существо, покрытое густой шерстью. Его длинные когтистые лапы ловко достали что-то съедобное, после чего янтарные глаза на мгновение блеснули в темноте, прежде чем оно скрылось в глубинах ближайшего переулка.
"Уютно!" — мысленно хмыкнул Дейн, подходя к входу. Постоялый двор, названный "Шахтерской пристанью", выглядел так, будто сам возник из глубины веков. Некоторые буквы на вывеске мигали, будто отказываясь работать. Окна здания были заменены яркими рекламными панелями, показывающими скудное меню и сообщающее о наличии свободных комнат. Рядом находился просторный гараж для квик-байков, охраняемый древним конструктом, чьи сервомоторы скрипели при каждом движении. Он повторял одно и то же сообщение о "наилучшей охране" транспортных средств, хотя вид его самого вызывал больше вопросов, чем уверенности.
Дейн загнал свой байк внутрь, заглушил двигатель и достал из багажника сумки. Кода бесшумно последовал за ним, паря рядом.
Внутри помещения оказалось неожиданно тепло и уютно. Дейн ожидал увидеть типичную забегаловку, но вместо этого очутился в хорошо освещённом, чистом зале. За столиками сидели несколько человек, большинство из которых предпочитало молчать, уставившись на политические передачи, транслируемые на экранах, встроенных в стены. Кто-то активно обсуждал свои трудовые будни, а один из клиентов спал прямо за столом, окружённый пустыми бутылками. Хромой конструкт, скрипя сервомоторами, помогал официантке разносить заказы.
Под ногами скрипел деревянный пол, а воздух наполняли сложные ароматы выдержанного алкоголя, дешёвого табака и горячей пищи. Пустое пространство между входной дверью и стойкой разделяло помещение на две части. В дальнем конце находилась стойка, а в углу — скрипучая лестница, ведущая на второй этаж.
Женщина за стойкой настороженно взглянула на Дейна.
— У вас есть свободные комнаты? — спросил он, потирая замёрзшие руки.
— Имеются, — кивнула она, бросив короткий взгляд на его мокрую одежду. — На сколько планируете остановиться?
Дейн задумался. Срок расследования зависел от множества факторов, известных только Леди Судьбе. Поэтому он решил взять номер на целую неделю. Женщина передала ему ключ-карту, и он начал подниматься по скрипучей лестнице, размышляя о том, что эта комната явно не сравнится с роскошными апартаментами "Королевского Шута". Однако сейчас главное было другое — снять промокшую одежду и устроиться спать.
Комната оказалась маленькой, но функциональной. Четыре голые стены, простая кровать и небольшая тумбочка с обогревателем. Окон не было — их заменял голографический проектор, служивший одновременно источником освещения и средством связи. В одной из стен скрывалась дверь, ведущая в примитивную ванную комнату. Уложив сумки, Дейн снял мокрую одежду и повесил её под обогреватель. Надеясь, что одежда успеет просохнуть до утра, он лег спать, чувствуя, как усталость накрывает его волнами.
