В а л я
Р о з е н б е р г
В е р н е р. Да, практикуюсь.
Р о з е н б е р г. Это хорошо. Нам тут долго придется быть.
В е р н е р. По-вашему, война…
Р о з е н б е р г. Война — нет, недолго, а вот после войны. Завоеватель может презирать народ, им покоренный, но он должен знать его язык, если бы даже ему пришлось лаять по-собачьи. В чужой стране никому нельзя верить, Вернер.
В е р н е р. Но вы же верите Харитонову?
Р о з е н б е р г. Да, потому что он мерзавец. И если русские придут, они его расстреляют. Но его жене я уже не верю. Они могут прийти и не расстрелять ее. И уже по одному этому я ей не верю.
В е р н е р. У вас привычки старьевщика.
Р о з е н б е р г. Ничего. По этим бумажкам и фотографиям я изучаю нравы. Иногда при этом обнаруживаются любопытные вещи. Вот, например, удостоверение личности младшего лейтенанта Харитонова Н. С. Н. С., замечаете? Оно разорвано пулей. Очевидно, его владелец убит. Но меня интересует не это. Меня интересуют инициалы Н. С., потому что нашего хозяина дома зовут С. А. Трудно предположить, но вдруг предположим, что это его сын. А у него сын в армии, это мне известно. Что мы можем из этого извлечь? Очень многое. Во-первых, если даже это просто совпадение, то на нем можно построить интересный психологический этюд: узнавание, неузнавание, ошибка, горе матери и так далее. Все это входит в мою систему изучения нравов. Да, с чего же я начал?
В е р н е р. Вы начали с жены Харитонова.
Х а р и т о н о в
Р о з е н б е р г. Нет, но раз вы уже вошли, — откуда у вас жена, доктор?
Х а р и т о н о в. Из Вологды.
Р о з е н б е р г. Вот видите, Вернер, она из Вологды, а мы еще не взяли Вологду.
Х а р и т о н о в
Р о з е н б е р г. Что значит немножко?
Х а р и т о н о в. Сестры.
Р о з е н б е р г. Сестры — это, значит, по-вашему, немножко? Но у сестер ведь есть мужья? А?
Х а р и т о н о в. Я не понимаю вас, господин капитан.
Р о з е н б е р г. Вы меня прекрасно понимаете. Скажите вашей жене, чтобы она принесла нам чаю в самоваре.
Вот видите, Вернер, у ее сестер есть мужья. Может быть, один из них инженер, другой — майор, это уж я не знаю. И может быть, этот майор завтра окажется здесь. А она — сестра его жены, и она скорее позволит ему убить нас, чем нам — его. Это ведь, в сущности, очень просто.
Скажите, Мария Николаевна, у ваших сестер есть мужья?
М а р и я Н и к о л а е в н а. Да, господин капитан.
Р о з е н б е р г. Они русские?
М а р и я Н и к о л а е в н а. Да. Вы будете пить молоко?
Р о з е н б е р г. Нет. Вы не завидуете им, что у них русские мужья, а у вас неизвестно какой национальности?
М а р и я Н и к о л а е в н а. У меня тоже русский.
Р о з е н б е р г. Я не об этом говорю. Не притворяйтесь, что вы меня не понимаете.
М а р и я Н и к о л а е в н а. Может быть, нести вам самовар?
Р о з е н б е р г