На огненной черте полностью

С к р и п к а. Та вы обождите, я ж скажу. Я ж начальника цеха завсегда заменял. Как до курорту поедет — я его заменяю. Одного разу, в сороковом году, в маю месяце поехал вот так, а главного инженера в той час до Киева вызвали, а назавтра директор заболел. Зовет он меня до телефону. Товарищ Скрипка, говорит, Максим Петрович, вы на заводе теперь за главного будете. Ну то правда, не сезон был, на ремонте стояли, а все ж таки то ж завод. Пять суток за директора, за главного инженера та за начальника цеха был. Где ж тут брехня? Я еще мало сказал.

Все смеются.

Ш а п к и н. Ну и ну. Подвел базу.

С а п е р. Такое набуровил, что не проглотишь. (Кивает в сторону Гулая.) А этот шалтай-болтай откудова?

Ш а п к и н. Николаевский. А работал в Одессе.

Г у л а й (напевает).

С а п е р. Тоже небось «вроде директор» какой был?

Ш а п к и н. Шоферня. Баранку крутил.

Г у л а й (обиженно). «Шоферня»! Разбираться надо, товарищ сержант. Баранки тоже ассортимент имеют — где бублик, а где сахарная сушка Вот, папа, могут тебе сфантазировать, что я картошку на трехтонке возил. А я был личный, персональный водитель первого класса у товарища Пиньковского, директора Одесской государственной консерватории. Лимузин эм один. Это ж интеллигентный труд. Заслуженные, народные! Людвиг ван Бетховен! Симфония! Виолончель! Пятьдесят червонцев ежемесячно! Это ж средства были на тот отрезок времени. В выходной наденешь костюмчик бостон, рубашечку зефир, галстук — бабочка «фантазия», возьмешь тросточку, выйдешь на бульвар — так люди ж думают, мастер вокала идет. Это ж консерватория! А вы — «шоферня»!

С а п е р. Ишь ты, консерватория! Один, значит, сахар делал, а другой консервы. Сытно, видать, жили. Тот «вроде директор», а этот возитель директора. Вот мать честная! А я, ребята, так полагаю — всяк сверчок знай свой шесток и выше носа не подпрыгивай.

Г у л а й. Вы, папа, как я вас понимаю, — крупный философ. Вы прямо-таки малый саперный Спиноза.

С а п е р. Сопляк ты вонючий! Ты кому такие слова говоришь?! Ты еще без порток бегал, а я уж две войны отвоевал. Видать, мало тебя отец ремнем учил. «Спиноза»! Я б тебе всыпал пониже спинозы, чтоб языком не чесал.

Ш а п к и н. Ты, Гулай, как смола. Человек постарше тебя.

Г у л а й. Да чего вы, папа, на меня взъелись? Спиноза — это ж такой мудрец был. В древнеримской Греции.

С а п е р. Пущай был. Все одно не имеешь права. Интеллигенция сопливая!

Г у л а й. Темнота и дикость! Твердокаменный век!

Ш а п к и н (прислушиваясь). Вроде сильней стреляют в Яновке. А? Как бы ребята из села не подались. Что ж комбат-то не едет? (Смотрит.) Не видно. Девки его, верно, задержали.

С а п е р. Это что ж он, с девками спутался?

Ш а п к и н. Да нет. Наши — санинструктор и телефонистка — с ним едут. Он у нас насчет женского пола строгий, даром что молодой. Вот жалко, запивать стал. С женой у него история вышла — переживает. А вообще геройский комбат. Скрипка наш про него даже стих написал. А ну прочитай, Максим.

С к р и п к а. Та не стоит…

Все, пересмеиваясь, упрашивают Скрипку.

Ну добре, прочитаю.

С а п е р. А ну, а ну!

С к р и п к а.

С а п е р. Постой, постой! Это как же выходит? Одна рота и весь мир завоюет?

С к р и п к а. Та то ж стихи, а не вправду. Вы, дядько, не цепляйтесь, а дослухайте до конца.

С а п е р. Ну давай, давай!

С к р и п к а.

Вот теперь уже все!

Все смеются.

С а п е р. Да-а. Складно-то оно складно, да вроде не очень ладно. Смыслу-то мало. А? Про керосин чего-то наплел.

С к р и п к а. Так то ж рифма. Максим — керосин. Рифма у меня замечательно выходит. Прошлого месяца до нас капитан, корреспондент с дивизионки, приезжал, слухал мои стихи. Понравилось. Рифма, говорит, у вас, товарищ Скрипка, богатая. Если б, говорит, до нее смыслу добавить, то вы б были как настоящий поэт.

В а л и е в. Который поэт — про большой любовь стих писать надо.

Г у л а й. А ты, потомок Чингисхана, не вякай. Я твой «болшой любов» знаю. (Растопырив широко руки.) Люса! Люса!

В а л и е в. Люса — хороший девушка. Пойдет за татарин — татарин жениться будет. Ты, Михаил, не знаешь — не понимаешь. Толстый женщина — добрый женщина. Хороший хозяйка будет, в дом сидит, с другой мужик совсем не гуляет. Бери. Михаил, толстый жена — хорошо будет.

Ш а п к и н. Вон едут.