Тяжелая кованая вывеска покачивалась на двух цепях, приглашая подняться на крыльцо и войти в двухэтажное здание. Мокрая после недавнего дождя черепица на крыше переливалась всеми цветами благодаря горевшим фонарям. А дорога вокруг трактира, усыпанная серпантином и сладко пахнущими лепестками, придавала еще больше чудаковатости его виду.
Все ставни окон первого этажа оставались открытыми. Ванда могла наблюдать за тем, как шумно веселились завсегдатаи, выкрикивая восхваления Ламону и чокаясь большими кружками с хмельными напитками. Добрая часть их проливалась при этих действиях на стол, но мужчины и не замечали этого, продолжая праздновать.
– Застегните куртку, – велел Рэйван, стоило им подняться на широкое крыльцо. – И не вздумайте глазеть по сторонам, юная каэли.
Ванда подчинилась. Кристиан толкнул двустворчатые двери, приглашая входить внутрь приглушенно освещенного свечами помещения. Медные потемневшие канделябры стояли и на каждом деревянном столе, добавляя теплый свет. Пламя на свечах задрожало, стоило посетителям войти, а дверям закрыться.
Ванда выглянула из-за спины Кристиана и заметила за стойкой огромного дядьку с седой бородой, заплетенной в две косы. Ужасный шрам пересекал щеку мужчины. Темный взгляд остановился на вошедших посетителях.
Рэйван коротко кивнул Джухайну и подтолкнул спутницу в спину, направляя к одному из дальних свободных столов. Трактирщик молча кивнул в ответ, опираясь локтями на широкую угловую стойку. Проходя мимо, Ванда ощутила жар огромного камина, на открытом огне которого готовилась на вертеле какая-то дичь.
– Садитесь.
Рэйван кивнул на стул с высокой спинкой, и Ванде пришлось послушаться, не желая привлекать лишнего внимания. Кристиан опустился на стул напротив нее и сбросил капюшон куртки. Он тряхнул головой, позволяя белоснежным прядям укрыть сверкавшие серебром глаза. Смотрел на нее так внимательно, что Ванда растерялась, но не рискнула отвести взгляд. Пусть не радуется ее смущению. Не собирается веселить его. Просто отдаст зелье Аннука и попробует расспросить трактирщика о странном рисунке на своей руке. Может, это и не даст ничего, но стоит рискнуть.
– Отсыпанных Аннуку монет хватило бы и на котел его зелья, – неспешно проговорил Рэйван и немного подался вперед, опуская руки на стол ладонями вверх. – Раз уж так переживали за меня, то действуйте, каэли.
– Что?
Ванда хотела возразить или ответить хоть что-то. Но взгляд опустился на ладони Кристиана, заставляя задержать дыхание. Боги… И как он мог быть так спокоен, терпя несомненную боль? Нужно исправить это, но никогда не занималась подобным. Вдруг навредит еще больше? Стоило доверить это дело нахалу Аннуку.
– Что же вы так нерешительны, Синхелм? – неожиданно мягко и тихо прозвучал голос Кристиана, вырывая из метавшихся мыслей. – И куда делся весь боевой дух? Первая ученица Фергаса, оказывается, готова бежать прочь от одного вида жалкой раны.
– Вовсе нет. – Ванда опустила пузырек с мазью на стол и протянула руку к Кристиану. – Это вам должно быть страшно.
– Отчего же? – искренне удивился он, позволяя собеседнице взять его за запястье.
Пальцы девушки были восхитительно прохладными, даря небольшое облегчение его горящим ладоням.
– Вдруг… Вдруг я снова причиню вам вред? – взволнованно произнесла Ванда.
– Мы с вами уже знаем действенное средство на подобный случай. Верно?
Он усмехнулся, и взгляд его сделался темным, как грозовое небо, стоило щекам Ванды вспыхнуть от смущения.
– Не смейте упоминать этот… Не смейте! – Она опустила глаза и принялась сосредоточенно откупоривать темный пузырек. – Как уже говорила, я признаю свою вину. И готова понести наказание. Мне так жаль, что вы пострадали. Но вы не имели никакого права поступать подобным образом.
Стекло словно срослось с пробкой, не собираясь поддаваться ее усилиям.
– Печать вашего отца на соглашении говорит об обратном, – невозмутимо проговорил Кристиан.
Он ощутил противный травяной запах зелья, стоило Ванде справиться с пробкой.
– Я все еще не видела этого соглашения. Понимаю, что не стали бы так откровенно лгать о его существовании. Но наверняка все неправильно поняли.
– Согласно ему вы – моя невеста, Ванда, – впервые прозвучало ее имя. – Как я уже говорил ранее, спасти вас от этой участи может только безудержное желание постигать науки Арда. Причем постигать успешно. В противном случае, если вы будете отчислены или решите оставить академию, брачное соглашение вступит в действие, делая нас супругами. Из уважения к Синхелму я позволил эту причуду. Вы можете ознакомиться с соглашением в моем кабинете. Если оно уцелело после вашего феерического прошлого вторжения.
– Зачем же вы открылись мне? Теперь я знаю, как избежать союза с вами.
Кристиан снисходительно улыбнулся, вызывая в ней негодование. Был так уверен в том, что она никогда не справится?
– Я написала письмо отцу, – нахмурилась Ванда. – Он обязательно разъяснит все. Как можно так поступить со мной? Я не вещь, чтоб передавать меня из рук в руки, выставив подобные условия. Я не подчинюсь этому. Я не верю…
