В кармане у него лежало бриллиантовое колье, которым Джордж планировал ее искушать, но он не смог сдержаться и надел его ей на шею просто так, безо всяких уловок – в такой восторг его привели слова Рози.
Она больше обрадовалась не самому подарку, а тем чувствам, с которыми он был преподнесен. Джордж казался ей самым добрым и самым лучшим из мужчин, и она (не знаю, из-за вина или нет) даже решила, что он хорош собой.
В общем и целом, ужин получился веселым, словно свадебные колокольцы. Омрачало его лишь то, что Джордж не видел для него никакого продолжения. Кто-то скажет, что вполне достойным продолжением стала бы сера, но Джорджа эта перспектива не привлекала. На самом деле, когда он вот так неохотно разыграл свои карты, его внезапно охватило жуткое предвидение своей судьбы, и он не смог сдержать тревожного стона.
– Что такое, дорогой?! – воскликнула Рози нежнейшим голоском.
– Так, ничего, – ответил Джордж. – Пустяки. Вот только гореть мне вечно, если я не смогу тебя соблазнить.
– То же самое сказал молодой человек в чулочном отделе, – растерянно произнесла она.
– Я имел в виду серу, – мрачно объяснил Джордж, – и эти ожоги очень сильно отличаются от любовных ран, что бы там ни говорили поэты.
– Ты прав, – сказала она до странности неуместным радостным голосом. – Любовь совсем не то, что сера.
И с этими словами стиснула ему руку.
– Боюсь, там у меня не будет ни секунды покоя, чтобы вспомнить тебя, – сказал он, буквально фотографируя взглядом каждую ее черточку.
– Ты туда не попадешь, – заявила она.
– Но он сказал, что у меня нет выбора! – воскликнул Джордж.
– Есть, – проговорила она. – Если… тебя спасет то…
– Что?! – вскричал он.
– Что ты меня соблазнишь, – нерешительно произнесла Рози.
Джордж возражал, но недолго: его окончательно покорила ее очаровательная манера выражаться. Он заключил ее в объятия и постарался вместить в один поцелуй всю свою благодарность за ее доброту и все восхищение ее красотой, все уважение к ее характеру и всю горечь от того, что она осиротела в четырнадцать лет и осталась на попечении суровой тетки. В одном поцелуе требовалось выразить очень многое, и наш герой старался изо всех сил.
На следующее утро ему надо было доложить дьяволу по телефону о проделанной работе.
– Я буду держать тебя за руку, – сказала Рози.
– Очень хорошо, дорогая, – ответил Джордж. – Это придаст мне сил.
Соединили их молниеносно. Дьявол громовым голосом спросил, как продвигается дело.
– Молодая женщина соблазнена, – весьма отрывисто доложил Джордж.
– Чудесно! – восхитился его хозяин. – Теперь расскажите в подробностях, как именно все произошло.
– Я думал, – проговорил Джордж, – что имею дело с джентльменом.
– Я вас спрашиваю, – сказал дьявол, – из чисто профессионального интереса. Мне нужно знать мотив, по которому она поддалась вашему необычайно тонкому очарованию.
– Что?! – вскричал Джордж. – Не думаете же вы, что эта замечательная девушка согласилась бы смотреть, как я поджариваюсь в озере кипящей серы?
– То есть вы хотите сказать, – воскликнул дьявол наводящим ужас голосом, – что она пожертвовала своей добродетелью лишь ради того, чтобы спасти вас от наказания?!
– А какой еще мотив, – спросил наш герой, – по-вашему, мог толкнуть ее на это?
– Одурманенный осел! – вскричал его хозяин и обругал его в десять раз крепче, чем раньше.
Джордж слушал проклятия со страхом и яростью. Наругавшись вволю, дьявол продолжал более спокойным тоном:
– Остается только одно, и можете считать себя счастливчиком, поскольку вы – червь! – нужны мне для этого дела. Иначе бы вы жарились еще до заката. В сложившейся ситуации я должен персонально уделить внимание этому вопросу, и первым шагом будет то, что вам должно жениться на этой девушке.
– Разумеется, – с живостью ответил наш герой.
– Я пришлю вам епископа, он проведет все обряды, – продолжал враг рода человеческого, – а на следующей неделе, если меня отпустит подагра, я попрошу вас представить меня вашей жене и сам возьмусь за искушение.
– Какое еще искушение? – очень взволнованно спросил Джордж.
– Такое, которому особенно подвержены жены, – ответил дьявол. – Ей нравятся нафабренные усы?
– О господи! Он спрашивает, – прошептал Джордж Рози, – нравятся ли тебе нафабренные усы.
– Нет, дорогой, – ответила она. – Мне нравятся щеточкой, песочного цвета, как у тебя.
– Она говорит, что ей нравятся щеточкой, песочного цвета, как у меня, – не без самодовольства сказал Джордж дьяволу.
– Чудесно! Я появлюсь с еще более щетинистыми и более светлыми, чем у вас, – ответил демон. – Держите ее при себе. Я еще никогда не проигрывал. И вот что, Постлуэйт…
– Да-да, – отозвался Джордж. – Что еще?
– Не болтайте, – с угрозой сказал дьявол. – Если она прознает о моих намерениях, вы уже через час будете вариться в сере.
Джордж повесил трубку.
– Извини, дорогая, – проговорил он. – Мне нужно пойти и пораскинуть мозгами над тем, что я услышал.
