— Ладно, племяшка, не переживай. Я сейчас поеду под заказ партию товара привезу, потом прибегу к тебе. Решим, как дальше жить будешь.
Полина всегда завидовала старшей сестре. Конечно, муж видный конструктор. Жила сестра в шикарной четырёхкомнатной квартире в центре, не то, что она — учительница русского и литературы с двумя детьми, мужем пьяницей в двухкомнатной хрущёвке на окраине Москвы. А уж дача у сестры, так вообще предел мечтаний. Как в старых добрых фильмах, большая двухэтажная. Все удобства в доме и никаких тебе огородов, садиков. Лес вокруг один лес и цветы у дома. Цветы на террасе, цветы в доме на большом старинном круглом столе. Этот дом ей часто снился. И она, Полина в длинном шикарном халате, сидит утром у маленького кофейного столика на террасе, пьёт кофе, слушает чириканье птиц и любуется природой.
Так и осталась бы эта дачка её золотой мечтой. О даче ли мечтать, когда с работы попросили, муж совсем с катушек сошёл. Полина выгнала его, а вскоре и развелась с пропойцей. Как жить, чем детей кормить? Хорошо соседка по дому Алевтина посоветовала переквалифицироваться. Так и стала Полина челночницей. Сначала ей товар возила, а вскоре Черкизовский рынок так разросся, что заказов у неё стало невпроворот. Появились у Полины деньги, смогла и детей вытянуть и деньжат подсобрать. Хотела квартирку себе присмотреть. А тут как говорится, не было бы счастья, так несчастье помогло. Умер муж сестры. И предложила она ей свою дачу купить. Такого подарка от судьбы Полина не ожидала. Конечно, она поважничала немного, только так, для виду, чуть цену сбить. Пришлось часть денег занять у Рината, хозяина двух вещевых павильонов на Черкизовском рынке. Ринат сначала не хотел давать в долг. Сам хотел купить дом, ему семью надо перевезти в Москву. Но Полина уговорила его, да ещё так удачно. Договорились, что отдавать долг она будет товаром. Вот и привезла ему Поля кожаные куртки, как договаривались.
— Э! Полина! Мы с тобой, когда договаривались? А доллар сейчас сколько
стоит? Ты меня разорить хочешь? Ты видишь, сколько у меня этого добра? Не берут, спрос прошёл. Так что возвращай валютой.
— Ринат ты в уме? Ты мне сам просил привезти эти куртки. Кому я теперь их сдам?
— Я не знаю. Ты у меня валюту просила, я тебе по доброте душевной дал. Верни, дорогая, зелёными. А куда сдашь, не сдашь? Бизнес, Поля! Это бизнес. Иди, дорогая, иди. Только, мне деньги нужны. Завтра другая мода пойдёт, мне оборот нужен.
— Ринат, дорогой, ты же обещал. Что мне теперь делать? Ты же знаешь, я всё в дачу вложила.
— А я тебе говорил, продай мне дом Поля, продай! Мне семью везти надо. Детям воздух нужен. А ты? Ты думала, чем отдавать будешь?
— Чёрта лысого тебе, а не дом! У меня всю жизнь на дачу сестры слюни текли, а тут такая удача. Перебьёшься! Найду я тебе валюту.
— Вот, вот дорогая, поищи, поищи. Жду до конца недели.
Полина, в сердцах хлопнув дверями, вышла из павильона. Тут же заскочила в соседний павильон к Алевтине.
— Поль, это ты? Тебя не узнать! Искры так и мечешь. Что случилось?
— Случилось.
— А вы чего уставились? К покупателям идите. Стоят, уши развесили! — Алевтина заметила, как две девушки продавщицы с интересом смотрели на Полину, желая её послушать, — Поль, пошли, поедим, заодно и покалякаем. А вы работайте, работайте.
Женщины пошли вдоль разномастных павильонов.
— Чего у тебя случилось? — спросила Алевтина подругу.
— Влипла я по первое число. К концу недели надо валюту найти. Не знаю, что и делать.
— Что, Ринат требует? Вот сучок облезлый.
— Да, должна я ему. Помнишь, я тебе говорила, за дачу надо было расплатиться? Он дал, а сам видишь, обиделся, что ему не уступила. Для себя купила.
— Господи ему-то дача зачем? Целый день на рынке ошивается, считай на воздухе.
— Хотел её купить для себя. Квартира у него маленькая. Привозить семью надо. Вот он и хотел дачу моей сеструхи прибрать. Я сдуру растрепала ему, что не дача, а дворец со всеми удобствами.
— А что, правда, дворец?
— Да брось ты! Место престижное. Полчаса от Москвы. В лесу. Сказка. Дом, конечно приличный, но сейчас знаешь, какие строят? Этому не чета. Я когда с детьми жила у сеструхи, всё мечтала о таком доме. Да и по дешёвке он мне обошёлся. — Ладно, садись, поедим горяченького. Слушай, а племяшка твоя одна в квартире осталась?
— Кусок в горло не лезет от такой жизни. Племяшка? Одна. А что?
— Что, что? Одна, говорю, в квартире живёт? Квартира, какая?
— Четырёхкомнатная. Хорошая квартира, сталинка, в центре.
— Ну, так и я о том же! Зачем ей одной столько комнат? Пусть в одной живёт, а другие сдаёт Ринату. А там или он квартиру найдёт или она продаст её ему и купит себе поменьше.
— Слушай, подруга, так это выход! Светка моя сейчас, как раз без работы сидит. Надо её к Ринату на работу устроить. А если он обманет её с квартирой?
— А если пропадёт твоя племяшка?
— Как это пропадёт? Куда?
