Процедуры допроса мошенникам были знакомы: заточение в цепи, долгие часы ожидания, и, в довершении всего, жестокое избиение. Нет, стражники не выбивали таким образом признательных показаний, они в принципе ничего никогда не спрашивали. Какое им дело до всякого сброда, который они и за людей-то не считали. Пусть хоть все поубиваются, дураков меньше. Но если ты попался на месте преступления, не важно, кем совершённого, значит, был недостаточно проворен, не боялся быть схваченным городской стражей, и, тем самым, проявил к ней неуважение. А зря…
И все, начиная от мелких мошенников и заканчивая руководителями крупных бандитских Кланов, знали, что днём никаких разборок быть не должно. Но – это днём. Ночью же, по негласному соглашению между Королём и воровским миром, власть над улицами переходила последнему. Как при свете дня не найти нарушающих общественное спокойствие хулиганских шаек, так ночью не встретить патруль городской стражи. Стороны уважительно относились друг к другу, и на открытую конфронтацию шли редко. Уж очень печальным образом это могло закончиться. Да, солдаты численно превосходили воришек, были хорошо обучены и вооружены, но вступать с ними в открытый бой никто и не собирался.
На что в действительности способны бандитские группировки наглядно показала так называемая Ночная Война десятилетней давности. Правящий тогда Король решил, что располагает достаточным количеством сил и средств, чтобы раз и навсегда покончить с двоевластием. Поздним вечером на улицы вышла городская стража, чтобы огнём и кровью очистить Эльхаар от преступности. Всякого рода притоны, и просто «мутные» места, закидывались факелами, и тех, кто выбегал оттуда, спасаясь от пламени, настигали разящие копья. Без суда и следствия казнили всех, кого считали подозрительным, и город всю ночь сотрясали вопли, крики, мольбы о пощаде. Бандитский мир понёс тогда огромные потери, и солдаты уже утром поспешили объявить о своем безоговорочном триумфе. Но тем и славятся Тёмные Кланы, что в момент крайней необходимости умеют объединиться, оставить разногласия и выступить единым фронтом. Выждав какое-то время, они нанесли ответный удар. Эльхаар захлестнула волна убийств, беспорядков, грабежей. Хоть и многочисленна была городская стража, она не поспевала всюду. Быстрой и победоносной войны не получилось, вместо неё начиналась война затяжная, изматывающая, обременительная для казны. Пришлось повышать налоги. Простые люди, изначально целиком и полностью поддерживавшие столь жестокие меры по отношению к бандитам, стали проявлять неудовольствие. То тут, то там, вспыхивали восстания. Не обходилось и дня без нападения на патрули городской стражи, что влекло за собой карательные экспедиции против целых кварталов. Город потонул в крови, и заказное убийство Короля, упрямо не желавшего прекращать войну, выглядело вполне логичным. К власти пришёл его сын, и первое, что ему пришлось сделать, это помириться с преступным миром. Негласный Договор был восстановлен.
С тех пор воришки, мошенники, головорезы и прочие «подозрительные» личности спокойно выходили на улицы, безнаказанно творя то, что им придёт в голову, но – только после заката солнца. Днём же вели себя тихо и мирно, ведь в случае чего городская стража не упустит возможности за всё с ними поквитаться, и будет иметь на это полное право. Неспроста, в общем, Джол Паук боялся быть схваченным, да и Джегена такой расклад не сильно обрадовал бы. Они уже выходили из таверны, когда пьяница неожиданно закричал:
– С… с… стойте! Меня забыли! – он успел осушить уже три бутылки, и теперь допивал четвёртую, и, судя по шальному огоньку в его глазах, останавливаться на достигнутом не собирался. – Вы ведь нормальные ребята, не так ли? Ну и я… нормальный, – нищий протянул к ним руки, словно ожидая, что после этих слов они бросятся к нему в объятия. – Мы должны держаться друг друга!
– Уважаемый, – улыбнулся застывший в дверях Джол, – я знаю, на что ты способен, и потому постараюсь ответить вежливо: нам не по пути. Сиди тут, отдыхай, а когда появятся стражники, выпей с ними за наше здоровье. Они тоже нормальные парни, и умеют ценить общество таких милых людей, как ты.
– Нет! – закричал бродяга, вскакивая со стула. Впрочем, он явно переоценил свои силы, и, пошатнувшись, чуть не рухнул обратно.
Великан не смог сдержать улыбки, и какого же было удивление, когда Джол, не на шутку перепугавшись, спрятался за его могучей спиной.
– Вы все с ума посходили, – расхохотался Джеген. – Не мог, ну не мог этот оборванец разгромить пол таверны!
– Тебе-то откуда знать, – огрызнулся Паук. – Ты, как боец, вообще никаким оказался.
– Ну да, застали меня врасплох, – легко согласился гигант. – Да, треснули табуретом по голове, но это не значит, что я стал идиотом. Ты посмотри, он и на ногах-то с трудом держится! Ткни в него пальцем, и он свалится.
– А это у него такая тактика. Подходишь к нему, чтобы врезать, и никакого подвоха не ожидаешь, а он: «Киааа!», и ты уже без зубов в отключке валяешься.
– Хм… и что нам с ним делать?
