— В таких делах уверенным быть нельзя. Но прикинь вариант: Перловым надоели его плевки из-за угла, и они посчитали, что род Литвиновых нарушил договорённости, установленные перед выплатой виры за похождения Костика. И они документы предадут огласке. А там Литвиновы выглядят не очень чистоплотно, точнее, совсем нечистоплотно. Сколько, думаешь, партнёров откажется с ними сотрудничать? А для турбизнеса это крах. А Костю Литвинова как на флоте будут после таких подробностей воспринимать? Думаю, ему придётся на гражданку уйти. И даже без всего этого — если Перловы опубликуют результаты расследований, ставших причинами увольнения управляющих ресторанами и гостиницей, то с Германа тут же слетит ореол умелого руководителя: оказывается, его главные помощники годами мутили за его спиной, обворовывали его, а он этого не замечал; и наворовали у него минимум на строительство новой гостиницы. А уж о козыре в рукаве у Перловых в виде Андрея Первозванова я вообще молчу.
— Мелок он, чтобы сыграть важную роль…
— Уже играет. Посмотри: те проблемы, что на него сваливаются, разруливает сам. Собственностью реально управляет, Перловым за ним сопельки вытирать не приходится. Ведёт себя корректно, но твёрдо: все его противники отгребли люлей, а Сауляк кровью умылся. Пацану четырнадцать лет, а он не комплексует, что кого-то оставил без руки. Поехал в церковь, заказал благодарственный молебен за победу в дуэли, а за Сауляка поставил свечку за выздоровление. А когда узнал, что тот умер — заказал сорокоуст о прощении его грехов. Есть у него собственное представление о справедливости, на юношеском максимализме, конечно, замешанное, но сдерживаемое его верой в Бога. Так что, в случае чего, думаю, он скромничать не будет, а начнёт на дуэлях Литвиновых вырезать. Он и сейчас со взрослыми на равных на поединках дерётся, а через год-полтора ещё больше окрепнет и раскачается. А поводов они ему кучу дали. Род у Литвиновых, не сказать, что большой. На сколько дуэлей их хватит?
* Речь идёт о чертенятах из мультфильма «Чертёнок номер 13».
Владимир. Военный госпиталь.
Я не человек. Я скальпель — отсекающий лишнее; скальпель не расстраивается. Я ингалятор, очищающий лёгкие — у ингаляторов не бывает чувств. Я — насос, прогоняющий кровь по венам; насосы не умеют плакать, нет у них такой функции.
И у меня сейчас такой функции нет. Сегодня я не имею права ни расстраиваться, ни плакать — если у меня плохое настроение, то мой дар восстанавливается медленнее. А он мне нужен весь, даже не до последней капли, а до последней молекулы. Так что и думать мне ни о чём плохом нельзя. Я подумаю об этом завтра *. Или вообще, через пару недель, когда лечение закончится. А сейчас я — скальпель, ингалятор и насос.
Маленькими, очень маленькими порциями распределяю дар и понемногу вливаю его в больных. Ранения тяжёлые. Плюс ещё отравления. Но самое плохое — их пятнадцать. А вчера было шестнадцать. И когда сегодня днём я приехал в госпиталь — одна койка оказалась свободной. А я даже на энергетическое зрение не переходил — экономил дар и поэтому не знал.
Я берёг каждую крупицу дара и расходовал его только на больных морпехов. А их слишком много, и как бы я не пытался его дозировать, на всех его не хватает. Все врачи, да и вообще весь госпиталь, занимались ранеными морскими пехотинцами, которых привезли после интенсивных боёв в зоне локальных пограничных конфликтов, но состояние, в котором они поступили — критическое, и, хотя бы немного отодвинуть их от точки, с которой возврат уже невозможен — очень сложно. Распределяю дар очень экономно, малюсенькими дозами, только чтобы не происходило ухудшение здоровья у матросов, чтобы они прожили ещё день.
Поспать. Поесть. Лечить. Выгулять коня. Лечить. Разобрать бумаги. Поесть. Учить языки. Лечить. Поспать. В лицей… и главное — никаких отрицательных эмоций.
… В классе лицеисты обсуждают предстоящие каникулы… Какое лето? Какой Сочи? Какой Крым и какой Кавказ? … Там морпехи, уже второй умирает и ещё один в очень тяжёлом состоянии — не реагирует ни на обычное лечение, ни на мой дар.
… Звёзды из Москвы приедут на праздники… Премьера нового фильма… Там морские пехотинцы с застывшими лицами и сожжёнными лёгкими… Двое умерли и вот-вот может умереть ещё один…
