Моя стока с мечом и кинжалом была не совсем типична для северных реалий, как и оружие, более напоминая что-то из дестерезы… Ну по крайней мере как я её себе представлял по земным фильмам. Однако из-за моих не совсем типичных для ассонов особенностей жизнь заставила меня выработать что-то вроде своего стиля, более полагающегося на скорость и ловкость, чем на силу. А вот мой противник определённо был представителем типичной северной школы фехтования, что показал первый же рубящий удар, которым враг попытался сбить мой клинок в сторону. Эпоха щитов и доспехов мало подвержена уколам, здесь всё таки больше принято бить с размахом.
Обычно против меня подобное работает паршиво, но сейчас ситуация была не совсем обычной. За первым ударом врага тут же пошёл, а за ним третий, четвёртый и так далее. Кровь в нашем мире имеет значение и сейчас передо мной оказался один из наследников знатных родов с хорошо развитым источником праны, у которого была куча сил и который плевать хотел на усталость, махая мечом, как пропеллером! Мне тут же пришлось уйти в глухую оборону, постоянно отступая. Шита-то нет!
Однако и я был не так прост, не зря не только качаю железо, как сумасшедший, но и пытаюсь спереть у сяньцев их духовные техники. Мой разум с началом поединка привычно скользнул в Центр Бытия, уберегая от ошибок, а парировав очередной удар, моим губам удалось на выдохе произнести:
— Шиив…
Мир вокруг меня тут же будто увяз в смоле, новый боковой удар врага стал медленным и плавным, я миновал его, а сам сделал выпад. Данная премудрость Ци пока давалась мне с большим трудом, но всё же она во-первых была одной из самых быстрых в исполнении, не требуя даже минимальной подготовки предварительными движениями, как скачок, а во-вторых этот бой мне хотелось всё таки выиграть клинком, а не каким-то огненным заклятием или молнией.
Однако мой враг был неприятно быстр, он отлично разглядел мой выпад и начал от него уклоняться. Короткое мгновение, когда время для меня шло неспешно, закончилось и противник отскочил с разрезанной по нижней челюсти щекой. Целил я в горло, но уж вышло, что вышло. Однако ярл помрачнел, а мои губы растянулись в улыбке, более напоминающей оскал. Первая кровь за мной, а за ней будет и победа.
Ярл правда моих взглядов явно не разделял, ринувшись вперёд и попытавшись задавить меня скоростью и силой. Но однако моей ловкости хватало, чтобы отбиваться, оставаясь невредимым. Это Тормод к моим трюкам и манере боя привычен, тому кто сталкивается с подобным впервые подстроится сложно даже если превосходство в пране за ними. Однако касатка был богат не только ей, наша рубка длилась секунды три, после которых Клаус выложил на стол свой козырь. Гарда его меча изрыгнула огонь, заставив меня резко присесть. Пламенный выдох отвёл меч врага назад, он попытался достать меня коротким клинком, который я заблокировал кардой палаша, пытаясь разорвать дистанцию. И тут же получил пинок в грудь, бросивший меня на землю. Тяжело быстро отступать, когда под ногами суртуровы камни!
Ярл почуял успех и ринулся вперёд, но теперь уже я встретил его огненным выдохом, от которого он закрылся тем же мечом, выставив его плашмя. И меч поглотил пламя! Кто-то похоже очень хорошо был подготовлен к встречи с магами. А вот мне пришлось быстро вскакивать, чтоб меня не порубили! Ещё одно схождение опять поставило меня на грань поражения, но мне всё же удалось отбиться, хотя на броне и прибавилось две глубокие царапины. Драконий меч явно был ох как непрост.
Только вот едва ситуация выровнялась, я вновь выдохнул:
— Шиив…
Время опять замедлилось. Пусть мне пока было недоступно ускорение тела, но даже разум, который воспринимает реальность много быстрее обычного — это уже очень хорошо. А попасть по сочленению брони на запястье противника в таких условия не так чтобы сильно сложно, чай рабочая рука врага куда как ближе, чем его горло. Когда я выпал из ускорения, ярл издал короткий и сдавленный ох сквозь зубы, едва не выронив меч. Но стоило мне чуть порадоваться, как с его кинжала слетела молния.
Я рефлекторно выставил щит, уж на что, а на это меня Гринольв натаскал выше всяких похвал. Но мерцающая плёнка оказалась пробита! Пусть с трудом, но молния добралась до меня, хорошо хоть не поджарив, а только скрутив в судорогах. Враг, превозмогая боль от раны, наотмашь ударил меня мечом, я трудом выставил палаш, но блок получился откровенно вялым. Клинок противника ранил меня между наплечником и наручем, обжигая огнём, который будто раскалённым молотом ударил по всей моей энергетике. Ноги, сведённые судорогой и так меня едва держали, сейчас же я неловко упал на камне. Врагу правда удар тоже по видимому обошёлся не очень дёшево, его меч оказался опущен остриём к земле повреждённой рукой, но он вновь приподнял его, чтобы добить меня со словами:
— Сдохни!
