— Сам рубит высокие ели, а нам оставил расчищать ольшаник! — ворчал он. — Заболит у него поясница, мы еще и растирай ее!
Напротив отряда Оття, по другую сторону дороги, расположилась пехота. Дальше от него, за дорогой, разместился Кюйвитс со своими людьми, а напротив — опять пехота. Пешие сразу же по сигналу должны были выскочить из леса и кустарника и атаковать врага; немного позднее, когда дел у врага будет хватать, Отть и Кюйвитс выпустят своих всадников; они подбавят противнику работы, а то и вовсе сомнут его.
Люди Оття стояли подле своих коней, с нетерпением ожидая сигнала, и перебрасывались шутками.
— Жаркий денек, кончить бы работу да пойти искупаться в Юмере, — сказал кто-то.
— Велло выбрал неплохое местечко для работы — к воде близко, — подхватил другой.
— Всадники! — раздалось вдруг, и все вскочили на коней.
— Хорошо! — ухмыльнулся Отть. — Пусть являются! Западня готова!.. Я ударю с одной стороны, Кюйвитс — с другой, лазейки нет!.. И ветер подходящий — не пронюхают о нас до времени.
Увидев первые несколько десятков вражеских всадников, проехавших мимо рысью, Отть презрительно воскликнул:
— Мелочь!..
Но когда показались закованные в броню кони, белые плащи и блестящие шлемы, он добавил:
— А вот и они сами! Добро пожаловать! — И, наклонив голову, прошептал: — Разве западня, устроенная Велло, остановит их!.. Эх! Ринуться бы на них сейчас и крикнуть что есть мочи: "Слава Иисусу Христу!" Но, нет! Наш черед еще не пришел ...
Короткий строй рыцарей на рослых конях, сверкающий и внушительный, повернул к реке и исчез за деревьями.
"Бедняга Велло!.. Ты словно жаждешь ранней смерти! Все ищешь достойного для себя противника... Вот он — ну-ка, схватись с ним! — рассуждал про себя Оттш — А теперь вон проходят латгалы, а может, и немцы?.. А вот, наконец, и ливы... Строем по четыре в ряд... Конца не видно!.. Неплохой улов, не каждый день увидишь такое!.. Но почему не трубят сигнал?"
Он вскочил в седло и закричал:
— Почему не трубят!
С реки донесся волчий вой, а затем звон оружия.— Начинается! — молвил Отть, сидя в седле и улыбаясь от радостного возбуждения; в левой руке у него был щит, в правой — меч. Вой повторился, затем у реки затрубила труба.
Теперь трубили уже и ближе, повторяя сигнал в других местах. Отть со своими людьми подъехал к самому краю кустарника, откуда хорошо обозревалась дорога. Атака должна была начаться с противоположной стороны.
Там вдруг и поднялся невообразимый шум: это пехота, закидав врага оружием, напала на него с пиками, копьями и мечами.
А вот уже воин трубил рядом с Оттем, и всадники, вылетая из-за кустов, мчались через поле, подобно облачной тени. Кони, вытягиваясь и распластываясь над землей, неслись вскачь, всадники прижимались к гривам и, издавая воинственные кличи, ударяли мечами о щиты.
Их увидели, и часть врагов повернула им навстречу. Копья, топоры и булавы, описывая в воздухе дугу, летели навстречу друг другу, падали коням на головы, подсекали им ноги, ударялись о щиты и шлемы.
Двойной строй врага сметался, в нем образовались бреши. Но подходили все новые и новые отряды, заполнявшие эти бреши. Их торопил и подбадривал сидевший верхом на крупном вороном коне молодой светловолосый предводитель в блестящем шлеме. Нанося длинным мечом удары направо и налево, он прорвался вперед и приблизился к Оттю, как к предводителю вражеского отряда. Отть на мгновение оробел и огляделся кругом: не найдется ли для чужеземного предводителя достойного противника помоложе. Но никого, кому можно было бы доверить биться с этим сильным врагом, поблизости не оказалось. Отть сердито фыркнул, прикрылся щитом, выставил вперед меч и, пробормотав какое-то заклятие, повернулся к противнику. Он не спешил наносить удары, он знал, что стар и быстро устанет, что у врага под одеждой латы, а у него их нет. Молодой предводитель, размахивал своим длинным мечом небрежно, словно хотел показать свое презрение к противнику. Отть защищался, казалось, неуклюже и даже не делал попыток ударить врага, лишь заставлял его терять драгоценное время. Противник впал в ярость и ударил изо всех сил, чтобы разом покончить с Оттем. Их кони стояли голова к голове, пряли ушами, испуганно вращали глазами и беспокойно переступали с ноги на ногу.
И вот слева последовал такой мощный удар, что щит у Оття отклонился в сторону и вражеский меч коснулся его плеча. Левый бок у Оття был как раз не прикрыт: в этот самый момент он ткнул врага сзади ниже пояса, куда не доходили железные доспехи. Молодой предводитель взревел от боли и низко опустил щит. Но поздно. Обезумев, он начал наносить удары мечом куда попало, сбил шлем с головы Оття и ранил его в левый бок.
