– Зачем это ему? Ведь до нас никто не дошёл. Хотя… старик Говард предпочитает мёртвых свидетелей. Хреново.
– Самое обидное, Джонни, мы были в стороне. С его системой мы дела не имели, у нас своя… система.
– Ты знаешь, Фредди, – Джонатан похлопывал по шее своего Лорда, – я, когда после Крутого Прохода стал щупать, то с чем столкнулся. Система старика, его сына, наша, ещё там хватает… так одни и те же люди. И шестёрки, и валеты, а про тузов и говорить не буду. Их на всю колоду четыре.
– И два джокера, Джонни.
– Как бы не один. И боюсь, что система на самом деле одна. Нам давали резвиться и думать, что мы не при чём, а сейчас… Русские потянули пару ниток, и всё затрещало. Старик Говард сдаст русским всех, лишь бы остаться самому. – Джонатан, сдвинув на затылок шляпу, беззаботно оглядывал окрестности. – А мы все повязаны. Кровью, деньгами, делами… Мы повязаны одной Империей, Фредди.
– Мне на неё… – Фредди замысловато выругался. – Что она мне дала, эта Империя? Гоняла меня как солёного зайца, держала в дерьме, а потом… Я и жил наперекор ей. И ты так же. Ты же тогда в Аризону не от хорошей жизни рванул, не так, что ли?
– Всё так, Фредди. Но… – Джонатан оборвал фразу и улыбнулся. – Думаю, Эркин тоже наведёт справки. По своим каналам. Он не за покупками к Роулингу так рванул. Золотой парень.
Фредди кивнул и невольно улыбнулся.
– Оба хороши. Жалко, если их заденет, Джонни. Когда русские до нас доберутся, они парней не пощадят. А парни уже и так хлебнули.
– Это не сложно. Здесь они как пастухи, а потом отправим их домой и оборвём все связи. Кто их с нами видел? Пит?
– Ну, этому глотку заткнуть не проблема, – отмахнулся Фредди. – А по мелочам перебирать не будут. Пастухи по найму, и дело с концом.
– Верно, Фредди. Наше прикрытие их только выдаст. Отодвинемся. Пусть живут своей жизнью.
– Пусть живут, – кивнул Фредди.
У зелёного с белой косой полосой по обоим бокам фургона было пусто. На поднятой вверх оглобле трепыхалась на слабом ветру когда-то пёстрая выцветшая тряпка, три лошади – две упряжных и верховая – спокойно паслись неподалёку. Самого Роулинга видно нигде не было. Эркин придержал Принца, пропуская Андрея вперёд.
Андрей щегольски осадил Бобби перед фургоном и громко позвал:
– Эй, есть кто живой?
– А кто нужен? – появился из-за фургона Роулинг. – У меня выбор большой, парни. Если надо, и мертвяка найдём.
– Мертвяк не проблема, – ухмыльнулся Андрей. – Вон их у дороги сколько.
– Это всё для шерифа товар, – продолжил шутку Роулинг. – Заходите, парни. Что надо, всё есть.
Эркин спешился, закинул поводья на луку седла и шлёпнул Принца по шее.
– Ждать, Принц.
Роулинг приглашал в фургон обоих, деньги есть, да и плохого про Роулинга им не говорили. Другой торговец – Саймон – цветным не продавал ничего, а ещё один – вроде бы Крайс – только по запискам старших ковбоев отпускал провизию. И Джонатан их направлял к Роулингу. Эркин вслед за Роулингом и Андреем вошёл в фургон.
Странно, не такой уж большой снаружи, внутри фургон оказался на редкость вместительным, и, несмотря на обилие вещей, даже просторным.
– Чего вам, парни, еды, выпивки, одежды? У Роулинга всё есть.
– И для всех, сэр? – неожиданно для самого себя спросил Эркин.
Роулинг уколол его быстрым взглядом и с усмешкой ответил:
– А как иначе, парень. Ну, выбирайте.
– Одежда, сэр, – негромко сказал Эркин.
– Новое будете брать или как?
– Новое. И так обносились, – улыбнулся Андрей. – Штаны нужны. И рубашки две.
– Всё?
– А дальше по деньгам посмотрим.
– Понятно, – Роулинг снова окинул их внимательным измеряющим взглядом и зашарил в своих мешках и коробках. – Вам одинаково, парни?
– Цвет разный, – сразу ответил Эркин, – чтоб не путать, сэр.
– Ну, ясно.
Роулинг ловко откинул что-то вроде стола и шлёпнул на него две аккуратные стопки. Джинсы с большими картонными ярлыками-бирками и по две запаянные в прозрачные пакеты рубашки в сине-зелёную и красно-зелёную клетку.
– Держите, парни. Размер ваш, можете не проверять. У Роулинга глаз намётан. Чего ещё?
– А это сколько?
– Всё сразу? – усмехнулся Роулинг. – По сто шестьдесят с каждого.
Эркин кивнул:
– А одна рубашка сколько, сэр?
– Такая пятнадцать, а тёплая тридцать, шёлковая…
– Куда шёлковую, – перебил его Андрей и посмотрел на Эркина. – Ещё по одной такой, правильно?
Эркин кивнул.
– Возьмите за двадцать, понаряднее.
– Двадцать? – Андрей снова посмотрел на Эркина и тряхнул головой. – Давай по нарядной.
Роулинг шлёпнул поверх стопок ещё по рубашке. Бело-зелёной и бело-красной.
– Ещё?
– Рубашек хватит, спасибо, сэр, – Эркин полез за деньгами.
– Не спеши, парень, – остановил его Роулинг, – мелочёвку посмотри.
– На сколько смотреть? – спросил у Эркина Андрей.
Эркин беззвучно шевельнул губами и спокойно ответил:
– Сотня ровно остаётся, но ты ещё сигареты хотел и из еды чего такого.
– Выигрыш тратите, – усмехнулся Роулинг.
Он не спрашивал, но они оба кивнули.
