– Туалет здесь дерьмовый, – заявил Дозорцев, когда вернулся. – Венька, на туалет нельзя жалеть. Туалет должен быть – ух!
– Пошли отсюда!
– А на посошок?
– Тебе же было плохо.
– Откуда ты знаешь?
– От Бори.
– Подонок, – сказал Дозорцев. – Ну ничего, скоро он взвоет.
Подойдя к машинам, они обнялись. Дозорцев даже сказал: «Партнер, я люблю тебя!» – и предпринял попытку поцеловать.
Веня брезгливо увернулся.
– Езжай осторожно.
– Обязательно, – согласился Дозорцев. – Какой сегодня день?
– Понедельник.
– Нет, число какое? Хочу записать. Для истории.
– Четырнадцатое. День Колумба.
Дозорцев уронил ключи.
– Давай я тебя отвезу, – предложил Веня.
– Сам, – сказал Дозорцев и, открыв дверцу, добавил: – Интересно все-таки: если бы Колумб доплыл туда, куда хотел, то есть в Индию, что бы было?
– Америку бы все равно открыли.
– Нет, я имею в виду, что он все перепутал и стал героем. А так был бы дерьмом, понимаешь?
– Да, – согласился Веня и подумал, что Дозорцев все-таки умный человек.
По пути домой Веня подумал также и о том, что в случае если ресторан «КГБ» станет популярным, нужно будет открыть другой, который будет называться «Колумб». В виде каравеллы. Потом он подумал о мудаке Боре, который подглядывает за своими посетителями в сортире. А потом Веня вспомнил о жене и посмотрел на часы. Ничего себе! Четверть второго. Вот будет крику! Наверное, надо лечь спать внизу. Нет, лучше в спальне, а то еще она подумает черт-те знает что... Ревнивая... Люська когда-то была очень красивой. Вообще-то, теперь она тоже красивая. На сорок уж точно не выглядит. Скорее, на тридцать. Так что в этом смысле, Веньке, конечно, повезло: двадцать лет он спит с такой роскошной бабой. Только вот характер у нее мерзкий. И это все перечеркивает. Ну, не сложилось пока... Так сложится. Нужно просто набраться терпения. В сорок пять уже нельзя рисковать. В сорок пять надо наверняка. Дождаться своего шанса и схватить его крепко. Не понимает Люська. Красивая, да бестолковая. А за красоту нельзя любить всю жизнь. И за талант, наверное, тоже нельзя. И за ум. Нельзя любить всю жизнь за одно и то же. Это приедается, становится обыденным и рано или поздно начинает даже раздражать... И ты понимаешь, насколько вы, в сущности, чужие люди.
Веня разволновался. Он достал из бардачка фляжку с текилой и отпил пару глотков. Сунул в рот жевательную резинку. И поехал дальше, уже ни о чем не думая.
Остановили его перед виадуком. Глупо получилось. Он ехал с дозволенной скоростью. Просто там был пост дорожной полиции. Стоял деревянный домик. И полицейские – в ночь на вторник! – устроили выборочную проверку. Впрочем, не такую, наверное, и выборочную: там стояло машин пять.
Веня припарковался красиво – мягко, в дюйме от бордюра. Он вспомнил совет семейного адвоката и приоткрыл окна, чтобы из машины улетучились алкогольные пары. Подошел полицейский:
– Доброй ночи, – сказал он. – Как вы себя чувствуете?
– Спасибо, прекрасно, – ответил Веня. – Разве я нарушил правила?
– Нет, – улыбнулся он. – Согласно указаниям начальства, мы периодически проводим проверки. Ваши документы, пожалуйста.
Веня протянул ему водительское удостоверение и страховку. Полицейский повертел в руках документы, хохотнул, посветил фонарем Вене в лицо:
– Тут написано, что вы Бен Ладен!
– Не Бен Ладен, а Бенджамен Ладин.
Слово «Бенджамен» у Вени получилось плохо.
– Вы пили сегодня?
– Банку пива.
– Пожалуйста, выйдите из машины.
Веня вышел. Черт, текила явно была лишней. Как только Венька лишился руля, его координации пришел конец. Веню покачнуло. И он упал на полицейского.
– Банка пива, да? – язвительно переспросил полицейский, бережно прислонив Веню к капоту.
– Да! – сказал Веня.
– Эй, Деннис, посмотри, кто к нам пожаловал в стельку пьяный? – закричал полицейский. – Сам Бен Ладен.
Веня хотел возразить, но у него снова не получилось. Он замычал. Жутко обидно! Все ведь понимаешь, а сказать не можешь. Только же что говорил – и все – как отрезало.
Подошел второй полицейский. Он тоже посветил Вене в лицо и сказал:
– А что, похож! Только без бороды. Сколько там обещано за его поимку?
– Я не Бен Ладен! – проклекотал Веня и сполз на асфальт.
– Так, проведение тестов бесмысленно. Грузи его, Дин, – сказал второй полицейский.
– Я не Бен Ладен, – повторил Веня немного более внятно.
– Да мы шутим, парень, – сказал второй полицейский. – Хотя в правах у тебя написано, что ты Benjamin Laden. Согласись, что это забавно.
– Эй, Деннис, что за чертовщина? – вдруг заорал первый полицейский.
– Бог мой! – откликнулся его напарник, и оба куда-то рванули.
Веня с трудом поднялся. Опираясь на крыло автомобиля, вперил взгляд в том направлении, куда предположительно убежали полицейские. И увидел... пожар. Горела полицейская будка. Полицейские бегали вокруг, чертыхаясь и кого-то вызванивая.
Веня огляделся. Никого.
– Ты арестован? – спросил он себя вслух.
Второе Венино «я» тут же ответило:
– Никак нет.
– А в таком случае, – заявило первое «я», – юридически ты свободен. Садись в машину и езжай домой.
– Слушаюсь! – сказало второе «я».
