– Или сбежал… – Задумчиво произнес Пегас, пронзая меня холодным взглядом. Аж не по себе стало. – По любому сбежал, сучонок.
Сбежал или нет. Было не понятно. Да и утренняя история с Миасским утопленником вызывала вопросы. Ведь совсем недавно чем-то подобным грозился Пегас, когда Суворов попросил отпустить его в Спартак. Неужели?
От этих мыслей свирбило в животе. Взгляд Пегаса не вызывал доверия. Он вызывал страх. Я переживал за парнишку. Да и не только я. Мы переглянулись с Субботой.
– Ну да ладно! – сказал Пегас, хлопнув в ладоши.
Его распирало хорошее настроение. И портить его расспросами о заявленном обещании никто не решался. Но мы ждали, когда он подгонит нам наши автомобили. Ведь мы их и в правду заслужили. А данное слово нужно держать.
– Знаю, чего вы ждете. – Сказал он. – По глазам вижу. Я за базар отвечаю. Каждый из вас получит по машине.
Начался радостный гул. Сложно было поверить, что за победу над скромной командой из второй лиги нам подарят автомобиль. Да еще и каждому. Далеко не у всех были машины. Многие попали в команду совсем недавно и не знали, что их ждет дальше. Никто не решался тратить деньги на транспорт и только Суббота, разъезжал на своем фольцвагене, как старый мажор. Но даже он, похмельный стоик, был не против получить еще. Жаль, что Суворова нет. И очень странно. Ведь он больше всех ждал этого момента.
– Вон, смотрите. – Пегас показал пальцем в сторону парковки.
Мы вытянули шеи, гадая, что там? Иномарки или жигули? Но на парковке был только один автомобиль и тот грузовой. Потные грузчики, толпой в пять человек, активно выгружали из него квадратные коробки.
– А где наши тачки? – Возмутился Кривоножко.
– Не тачки, а машины! – Уточнил, Пегас. – Импортные, стиральные, новенькие!
Пегас оказался не только опасным, но и остроумным. Подвоха от него стоит ждать во всем. Таким, что называется, палец в рот не клади, по локоть в крови останешься. Мы словно жертвы МММ, смотрели на него как на последнего жулика. Раскатанные до предела губы пришлось закатать обратно. Но, как не крути, он сдержал слово и подарил по машине каждому. Пусть и стриральной. Такие люди за базар отвечают и умеют его грамотно вести.
Конечно же все расстроились. Особенно я. Но не из-за трюка с машинами. Суворова уже не видели три дня, с тех пор, как мы вернулись из Москвы. Пегас угрожал ему расправой. А в реке Миасс сегодня искали утопленника. Череда совпадений нагоняла тоску. Пегас отвечает за слова, а говорит он обычно без шуток. Я верил в лучшее, но холодок все равно гулял по спине. В конце концов, не такой уж он и злодей, чтобы верить в плохое. Если верить каждому слову, что говорят про Пегаса, то может сложиться впечатление, что по утрам он пьет кровь детей и закусывает поджаренной на медленном огне кожей девственниц. Я бы не стал его демонизировать. С нами он все-таки добр. И только Кривоножко получил от него поддых, да и то за дело. Пусть он связан с криминалом. Да, немного жестковат. Но всему есть предел. Тем более, что Суворов и правда мог сбежать в Спартак или куда-то еще. Бог его знает, что там. Оставалось лишь верить в лучшее.
Со страшной мыслью лучше переспать. Пережеванные сном, с ясной головой, под яркими лучами солнца мысли будут уже не такими и страшными. Тяжесть спадет. Гнетущая проблема, окажется решаемой. А в глазах появится оптимизм. Так случилось и со мной. Всю ночь я думал о Суворове. Не смыкая глаз, переворачивался с боку на бок и не мог уснуть. Представлял, как его бездыханное тело уносит течение холодной реки. Страшно было думать о трагической судьбе парня, который за этот год стал для меня вторым сыном. Но утром я посмотрел на вопрос с оптимизмом. Ведь это были только домыслы, и вполне возможно, что парень убежал в команду своей мечты. Во всяком случае,я очень на это надеялся.
Пошарив в тумбочке, я нашел номер его домашнего телефона. Андрей как-то оставил его на случай оперативной связи. Трубку взяла его мать. Я спросил, не знает ли она, где ее сын. Она сказала, что нет. Но в ее голосе не было волнения, а мать всегда чувствует, что с сыном. И я успокоился. Да и волноваться не было времени, поскольку впереди нашу команду ждал финальный рывок из трех оставшихся матчей.
Для окончательного погашения долга мне не хватало пяти тысяч долларов. Для того, чтобы спокойно завершить сезон и начать жизнь с чистого листа было достаточно досидеть до конца контракта. Можно было даже не выходить на поле, я все равно получил бы достаточную сумму, чтобы рассчитаться с Марселем. Но я продолжал бороться за место в основе и хотел побеждать. Ведь помимо долга, были и другие траты. Да и спортивные амбиции никогда не отходили на второй план.
Победная серия на финише сезона подарила бы нам не только хорошее настроение, но и шанс на итоговое третье место. Правда, надежда была призрачной. Ведь надо не тольковыигрывать все матчи, так еще надеяться, что Урожай проиграет хотя бы один. Но мы все равно верили в лучшее и выходили на каждый матч, как на последний.
