Оставшееся до отъезда время я провел с Витей. Сын находился под впечатлением от матча и был горд за отца. Немного расстроенный вылетом любимый команды, он утешал себя тем, что я все-таки смогу выиграть кубок. Мы гуляли по московским паркам, и несмотря на осеннюю прохладу, нам было очень тепло. Из-за футбола с его плотным графиком и постоянными разъездами я очень редко бывал с семьей. Прогулка с сыном выглядела настоящим счастьем. Он увлеченно рассказывал о своих успехах, футбольных победах, мечтах о будущем и первой любви. Я делился советами, радовался его успехам и надеялся, что скоро мы снова будем вместе.
– А можно я тоже стану футболистом? – Вдруг спросил он. Я сразу вспомнил непростую карьеру. Травмы, волнения и скитания. Вечно снующих вокруг бандитов. Горечь разочарований и пустоту неопределенного будущего после короткого футбольного века. И чуть было не сказал: «нет». Но ведь в футболе есть много прекрасного. Закаляющая характер конкуренция. Приятная усталость, после тяжелой игры. Сладкий вкус побед. И, конечно же непредсказуемый результат, делающий каждый матч уникальным. Футбол это целая жизнь, и я не в праве лишать ее своего сына.
– Будь тем, кем захочешь. – Ответил я.
Праздничные шатания подходили к концу. Разбредшаяся по Москве команда-победитель вновь была в сборе. Неповторимый привокзальный воздух, наполнял легкие духом путешествий. Впереди множество новых испытаний, головной боли и проблем, но сегодня мы наслаждаемся вкусом победы. Мы дружно пробирались вперед по перрону, огибая ожидающую поезд толпу. Аршак продолжал принимать поздравления от партнеров. Он сам еще не до конца поверил обрушенному на голову счастью. Не поймай он в раздевалке вратарскую кофту, и не было бы этого триумфа.
– Аршак. – Послышался женский голос. Мы замерли. Среди мелькающей толпы стояла пышнотелая блондинка, укутанная в клетчатое пальто. Накрашенные бурые губы сложились в умилительной улыбке, а глаза с трудом сдерживали слезы.
«Кто это?» – Недоумевали мы, искоса поглядывая на армянского мачо. «Да очередная любовница, забыла оставить свой номер» – пошутил кто-то. Аршак подошел к ней и поцеловал в щеку. Мы не мешали молодым. Шум вокзального диктора и поездов не позволял слышать их разговора. Оставалось лишь смотреть, как раскрасневшийся Аршак импульсивно махал руками и что-то доказывал. Умилительным взглядом она встречала каждое его слово. Пыталась обнять его, но он дал отпор. Слезы потекли по румяным щекам влюбленной. Украшенная кольцами рука полезла в сумочку и что-то достала. Аршак совсем помрачнел. Всплеснув руками, он громко крикнул: «нет». Развернулся и пошел в нашу сторону. Она вцепилась в него, пытаясь заточить объятья. Но гордый армянин вновь оттолкнул обезумевшую женщину. «Аршак!» – Крикнула она. Реакции не последовало. Гордо вытерев размазанную по щекам тушь, она тоже удалилась прочь. До отъезда поезда Аршак не проронил ни слова.
– Что это было? – Спросил я, рассматривая в окошке вагона сменяющие друг друга пейзажи.
– Бабы. – Хмуро простонал Аршак, кидая в стакан с чаем два кубика сахара. – Помнишь, я рассказывал как мне повезло, когда гостил у девушки из Москвы и к ней внезапно вернулся муж?
– Который мент?
– Да, тот самый. Я еще тогда чуть на балконе не замерз.
– Помню конечно. Так это она?
– Да, Маша. А мент ей больше не муж.
– Поздравляю. – Я задребезжал ложкой по стеклянным граням стакана.
– Да не с чем здесь поздравлять! После того, как я чуть не отморозил яйца и не нарвался на шальную пулю, желание ходить к ней в гости резко улетучилось.
– Так не ходи. В чем проблема?
– Да вот в чем! – Аршак хлопнул ладонью по столу, оставив на нем небольшую фотокарточку. – Говорит, это наш сын.
Я пригляделся. С фотографии на меня смотрел крохотный карапуз с беззубой ангельской улыбкой и крепко сжатыми кулачками. Сложно сказать наверняка, чей это сын. Но легкие армянские черты тут определенно прослеживались.
– Похож! Поздравляю! – Сказал я, поднимая бокал с чаем, будто пью за его здоровье.
– И по срокам подходит. Только поздравлять тут не с чем! Можно подумать, я единственный армянин с кем она изменяла мужу в этом году. Да даже, если и единственный. Это ее проблемы. Я тут причем? Я волк одиночка. У меня в каждом городе есть такая «Маша». Так что же теперь? Все их дети – мои? Нет, спасибо! Я в кабалу не полезу. Мне еще гулять и играть!
Аршак совсем приуныл. Опустив голову, он смотрел на руки, которые изрядно тряслись. Мне было жаль его. Хоть повод для грусти был явно не траурным. Что плохого, когда у тебя есть сын?
– Не горячись. – Сказал я. – Понимаю, что тебе это как снег на голову. Но ведь не все так плохо. В детях тоже есть плюсы. Вот я сегодня был рад повидать сына. Пусть я и с ума схожу от того, что не могу выиграть кубок, но главный трофей в жизни это мой Витька.
– Он у тебя взрослый. А это сопля какая-то. Знаю я как это «прекрасно». Пьет, ест, спит. Жопу подотри, спать уложи, сам не спи, люльку карауль. Никакой личной жизни. У меня младший брат есть, я уже все прошел. Спасибо! На кой черт это вообще кому-либо надо?
