— Но ведь он же…
— Да, как для двухнедельного выглядит слишком свеженьким, — протянул некромант. — Но мне положено хотя бы более-менее точно определять время смерти.
На самом деле, если б Сенера не знала, что этот мужчина мёртв, она бы приняла его за живого. Он сидел в кресле — белоснежном, как и всё остальное здесь, — опустил руки на подлокотники. Спину держал ровно, голову — прямо, глаза были открыты, губы — плотно сжаты. Ни одного признака смерти. Словно в один момент он просто окаменел, забыв о том, как полагается вести себя мёртвому телу. Смотрел вперёд.
Не дышал, что ожидаемо.
Сенера видела этого мужчину когда-то — ей тогда было года три, и мама ещё никуда не сбежала. Прошедшие почти двадцать лет нисколечко не изменили его… Он был всё так же высок, со светлыми, белоснежными даже волосами и бледно-синими глазами. Точёные черты лица складывались в красивую до неестественности картинку.
— Напомни мне, нам надо выяснять причину его смерти? — уточнил на всякий случай Джеймс. — Потому что то, что с ним произошло, очень странно…
Сенера ничего не ответила. Она с трудом держалась на ногах.
И, к сожалению, знала причину смерти.
Холод… Вспомнилось, как Кристин спокойно вела себя в полузамороженном бюро, нисколечко не чувствуя дискомфорта. Сенера тогда убрала все внешние признаки, и хотя температура была такая, что вода в стакане могла бы легко покрыться тонкой коркой льда, их гостья даже бровью не повела. И спокойно сняла с себя пальто, да и после не дрожала. Вообще, казалось, не испытывала неудобств, напротив. И села на стул, который был едва ли не весь изо льда.
— Джеймс, — прошептала Сенера, — наша гостья — ледяная ведьма.
— Такая как ты?
— Нет, — мотнула головой она. — Не такая, как я. Она — ледяная ведьма с севера.
Хортон непонимающе уставился на девушку.
— О чём ты?
— Ты не знаешь? — удивилась она, а потом поняла, что факт казался ей общеизвестным только потому, что она сама вечно жила в страхе. — В нашем государстве эта магия — очень редкая. Можно на пальцах одной руки пересчитать ледяных ведьм, да только они не спешат открывать свою личность. Потому что наша магия опасна. Она способна убить. Ею легко заиграться. И в доме не просто так нет никого, кроме него вот, — она кивнула на мертвеца. — Потому что… Потому что, Джеймс, он боялся заколдовать кого-нибудь другого. Попасть ледяным лучом. Ему прислуживали его ледяные слуги.
— О чём ты?
— Я уверена, — прошептала она, — что здесь есть его ледяные оживлённые. Какие-нибудь статуи… из льда. Либо они растаяли в каких-нибудь далёких комнатах.
— Но причём здесь причина смерти?
— Он замёрз, — выдохнула Сенера. — Он был ледяным ведьмаком и замёрз от своей собственной магии в тот миг, когда она взяла над ним верх.
Джеймс, всё ещё не до конца понимая, что случилось с этим незнакомым мужчиной, сидевшим в кресле подобно статуе, подошёл к нему поближе и опустил руку на плечо — чтобы спустя несколько секунд одёрнуть пальцы, словно опасаясь ожога. Сенера последовала его примеру и коснулась крепко сжимавшей подлокотник ладони. Для неё холод был не настолько катастрофичен, как для Джеймса, но всё равно становилось не по себе.
Когда-то Сенера слышала о подобном — и все эти рассказы её пугали. Ледяные ведьмы и ведьмаки — это очень редкое явление. Магия их куда сильнее обыкновенной и совершенно не зависит от дня и ночи или подручных средств. Стихийники, за которых часто принимают ледяных магов, колдуют в зависимости от дневного света и того, добрые они или злые, с ними проще всего. Некромантам, чтобы использовать свой дар на полную, необходим материал, в который они могут вдохнуть собственную силу.
Ледяным не нужно ничего. Их предел ограничивается не так собственными физическими возможностями, как тем, насколько они способны впустить холод в своё сердце.
Но в какой-то момент ему становится тесно. Когда магии слишком много, она переполняет тело… И вырывается на свободу, замораживая своего обладателя. Превращая его в ледяную глыбу, которой не способен помочь ни один врач на свете.
Сенера этого не боялась — по крайней мере, не всерьёз. Она никогда не использовала магию настолько серьёзно. Но брат Кристин Доре, должно быть, давно переступил черту, а вот сейчас это дало о себе знать.
— Ты думаешь, нам стоит… Пробуждать его и задавать вопросы? — мягко поинтересовался Джеймс. — Если ты не хочешь, мы откажемся. Не думай о деньгах! Я на…
— Нет, — Сенера не желала слушать его обещания отыскать все драгоценности мира и бросить к её ногам. Она даже не сомневалась, что с Хортона станется и не такого наговорить, чтобы развеселить её сейчас, но к своему удивлению осознала, что в ледяном доме чувствует себя почти спокойно. — Я думаю, нам следует закончить. Не стоит злить клиентку.
— Логично, — согласился Джеймс. — Тогда я попытаюсь?
