Конечно, в последнее время в их стране нравы стали свободнее, чем прежде, но что позволено магам из столицы, то нельзя жителям маленьких городков. Сенера знала, что из такого не выжали бы скандал, если б какая-то столичная ведьма так кокетничала с кавалером, да даже если б позволила ему куда большее, чем поцелуи. Но здесь… Пусть бы только кто пронюхал! Она и так живёт не по канонам, не спешит принимать предложения от местных женихов, практически никуда не ходит.
Понятное дело, что Джеймс не понимает. Он-то столичный, куда ему! Не знает, что совсем скоро на каждом углу местные жительницы будут полоскать их имена.
— Понимаешь, — попыталась осторожно пояснить ему девушка, — у нас другие нравы. Да, в столице с этим куда свободнее, но в нашем городке…
— Но ведь твоя мачеха поселила нас вместе!
— Она думает, — Сенера почувствовала, что краснеет, — что я, испугавшись позора, поспешу выскочить за тебя замуж.
— А на самом деле как?
Сенера задумалась.
— Если б ты мне был неприятен или настаивал бы на чём-то… Таком, на что я не могу согласиться, то я бы заморозила тебя, — легко ответила она через несколько секунд. — Но, ладно, небеса с тобой, ты довольно милый!
— Красивый и богатый, — довольно дополнил Джеймс.
Она досадливо закатила глаза.
— И скромный-то какой!
— А ещё я холода не боюсь, — продолжил Хортон, — отлично колдую…
— Много треплешь языком…
— И у меня получается тебя разморозить. Да я для тебя идеальная партия! — бодро воскликнул Джеймс. — Ну согласись, у нас столько общего! Мы маги! Мы молоды и будем долго жить, — последнее было немаловажно, да, Сенера могла согласиться. — Ты такая серьёзная... Ну разве другая справится с таким оболтусом, как я?
Сенера не выдержала и рассмеялась. Сейчас ей меньше всего хотелось вспоминать о том холоде, который она ощущала вечером, но и расставаться с Джеймсом не было ни малейшего желания. Рядом с ним лёд отступал, и девушка чувствовала себя полноценной.
— Нет, ты правда очень милый, — сквозь смех выдохнула она и, придвинувшись ближе к Джеймсу, даже поцеловала его в щёку. — И действительно неплохое лекарство от холода.
Да, действительно, батарея в этом случае вряд ли помогла бы.
— Но, — продолжила она, — прекрати говорить о нашей женитьбе. А то мачеха меня со свету сживёт прежде, чем я буду готова сказать тебе "да".
— Ну мы же попробуем? — с надеждой поинтересовался Джеймс.
— Да, — вздохнула Сенера. — А то ты меня доведёшь со своими колокольчиками! Только сначала мы разберёмся с Лионелем Доре и поймём, что именно он скрывает, что такое ледяное сердце и что с ним делать. И, — она вспомнила о мешочке с драгоценными камнями, который дала Кристин, — я больше не стану работать в похоронном бюро. Ты мне поможешь сообщить об этом мачехе?
Судя по виду Джеймса, он был согласен на всё, на что угодно.
— Конечно! Что надо делать? — тут же спросил он.
— О, — Сенера усмехнулась. — Для начала выйти, а то мне надо одеться. И нет, Джеймс! Я способна затянуть шнуровку платья самостоятельно!
— Больно надо, — закатил глаза Хортон. — Чего я там не ви…
Но на полуслове он благоразумно замолчал и предпочёл покинуть комнату девушки, скрываясь за соседней дверью, в кабинете.
Переоделась Сенера быстро. Она никогда не требовала ни служанок, ни какого-нибудь повышенного внимания к своей особе, абы только сестра и мачеха не особенно мешали да отец не пытался уговорить её вникать в работу похоронного бюро. Вот только оказалось, что он был прав. Если б Сенера не слушала его, не вникала в скучное бормотание некроманта, то она не смогла бы заработать даже те копейки, которые помогали прожить их семье на достойном уровне после отцовской смерти.
Но получать от такой работы удовольствие? Нет! Сенера знала, что это невозможно. Она никогда не понимала, как можно с любовью помогать клиентам подбирать гробы, а хотя к смерти за долгое время стала относительно равнодушной, притворяться сочувствующей, утирать скупые слёзы, а в кармане тайком подсчитывать деньги так и не научилась. Не для неё навык.
Сенера могла себе представить, как отреагировали бы Хиллари и Бренда, если б им кто-нибудь предложил заняться таким. Впрочем, зачем представлять? Именно это ей и предстояло сейчас увидеть.
Она решительно хмыкнула и, больше ни на минуту не сомневаясь в своём решении, буквально выпорхнула из кабинета. Сбежала по лестнице на первый этаж, чувствуя невообразимую лёгкость во всём теле и странное желание просто-таки горы свернуть, весь мир перевернуть, добиться всего, что только пожелает. Лишь бы только не давило похоронное бюро…
Да странный холод не подкрадывался из-за угла, стремясь захватить её в свои ледяные объятия.
