Глаза Асваруса округлились и отказывались верить в реальность происходящего. Язык прилип к нёбу, и магистр сумел издать только пару булькающих звуков.
— Больш-ш-шего не проси! — раздражённо пробормотал император и отошел к окну.
Плечи Темнейшего подрагивали от раздражения, пальцы впились в подоконник. Для демона он совершил немыслимое.
Душившая магистра обида улеглась: император действительно раскаивался. Асварус без всяких угроз понимал: о таком надлежало молчать и не напоминать.
— И ты меня прости, Джаравел, — смягчившимся тоном ответил магистр. — Не стоило так, достаточно было просто слов.
— Ты не желал им верить, Ролейн Асварус. Как и в то, что мне не наплевать на тебя.
Император обернулся и одарил магистра взглядом исподлобья. Не дожидаясь напоминаний, Асварус попросил прощение за свои прегрешения. Темнейший кивнул и вернулся в кресло. Понимая — сегодня император видеть его больше не желает, магистр напомнил о сестре.
— Я сам провожу, — неожиданно ответил император. — После того, как выясню, что будет с нашей дружбой.
Поколебавшись, Асварус тоже переступил через себя и протянул руку. Темнейший пожал её и усмехнулся: «Я оценил».
По щелчку пальцев императора на столике возникла бутылка с бокалами — проверка перемирия. Магистр согласился выпить с императором, но при условии — впредь Темнейший сначала спросит его, а потом начнёт мстить.
— Взаимно, — Джаравел разлил вино. В одной руке он держал бокал, другую положил на подлокотник ладонью вверх. — Ты тоже не размышлял, когда пытался меня убить.
Они чокнулись и пригубили напиток.
— А теперь твоя Аскания. Хорошенькая, к слову.
Последнее предложение прозвучало неестественно, с натужной весёлостью и беззаботностью.
— Не про твою честь! — напрягшись, резко ответил Асварус, отставив недопитый бокал.
— Меня тут на демонице женить пытались, а ты мне тёмную эльфийку подсовываешь, — фыркнул Темнейший и похлопал магистра по плечу. — Успокойся, я только подлечу. А вот ты присматривайся. Жениться давно пора, а мои девочки ещё и пользу Туманным землям принесут. Приглашаю на бал по случаю Новолетья, заодно обсудим, как дальше быть.
Магистр кивнул, не став разубеждать. И на бал ему совсем не хотелось, хотя придти придётся, чтобы не оскорбить императора. Дружбу придётся строить заново, и заново же учиться доверять друг другу.
— Скажи, — Темнейший отставил бокал и склонил голову набок. — Легче станет. Я не слепой, по ауре всё вижу. И очень жалею, что не добился тогда ссылки гадёныша. Ведь мог бы! А тут всё так наложилось… Ты, белый от ярости, рвущийся пополнить ряды паладинов по мою душу, твой ученик-оборотень, знакомство с убитой девицей… То, что я сволочь, мы уже выяснили. Кто ещё?
— Высший демон. Спасибо, что напомнил.
— Ролейн, тебя я и пальцем не тронул! Это не доказательство? — вспылил император.
— Доказательство, — примиряющее вскинул руки Асварус. — Успокойся, Джаравел, ты пять минут назад сделал всё возможное, чтобы я тебе верил. Но, пойми, забыть всё….
— Ладно, пошли к твоей сестре.
Темнейший встал и поманил за собой магистра.
Дворец целиком и полностью подчинялся воле владельца. Император открыл дверь кабинета, незаметно активировал местный пространственный коридор и вышел уже в комнате, где держали Асканию.
Ощутив спиной чужой взгляд, тёмная эльфийка обернулась и вздрогнула, закрыв лицо руками. Она помнила императора, к ногам которого швырнули пленницу. Темнейший тогда не удостоил её и взглядом, отдал на растерзание вампирам. Теперь этот же демон стоял рядом с братом и внимательно смотрел на Асканию.
— Успокойтесь, я только подлечу, — император изображал само дружелюбие. — Ролейн постоит рядом, вам нечего бояться.
Тёмная эльфийка покачала головой. Она не доверяла Темнейшему. Из памяти стёрлись события последних двух дней, но и первого с лихвой хватило, чтобы ночью снились кошмары.
Магистр подошёл к сестре, сел рядом, обнял и заверил — всё позади. Бросив взгляд на императора, Асварус после небольшой заминки назвал его другом. «У него были причины, чтобы думать дурно о нашей семье, — шепнул магистр, ласково перебирая спутанные волосы и подлечивая ранки. — Я потом тебе всё расскажу».
Тёмная эльфийка прижалась к брату, уткнулась лицом в его плечо и вздохнула. Асварус подал знак, и император подошёл, под пристальным взглядом магистра потянулся к Аскании.
— Отпусти её, а то не сработает, — попросил Темнейший. — Слово Тьмы, вреда не причиню.
Игнорируя протесты сестры, магистр отпустил её и встал, уступив место императору. Тот улыбнулся и протянул тёмной эльфийке руку. Не сразу, но та вложила в неё свою ладонь.
Выражение лица Аскании сразу изменилось. На губах расцвела улыбка, мышцы расслабились.
Император положил вторую руку на лоб дроу и тихо замурлыкал балладу. На эльфийском. Прислушавшись, магистр понял, что это заклинание. Прикрыв глаза, Темнейший напевал то, что Аскании надлежало забыть, попутно успокаивая напуганную девушку.
Магия оказалась действенной: через пять минут Аскания кокетливо улыбалась и без возражений позволяла себя лечить.
