Осенью 1960 года, в последние месяцы своего президентства, Эйзенхауэр предложил Генеральной Ассамблее ООН установить контролируемый целевой запрет на запуск на орбиту или размещение в космосе оружия массового уничтожения. Это было бы маленьким шагом в сторону сотрудничества – удерживаться от того, чтобы превратить космос «в еще один рубеж гонки вооружений, а значит, в область опасного и бесплодного соперничества». Как и предшествующие подобные предложения, оно не было принято, осталось проблеском возможного – что немного похоже на нынешние прекраснодушные предложения уменьшить глобальные выбросы парниковых газов или гарантировать Америке «универсальную» систему здравоохранения. До осуществления этой идеи было еще очень далеко. Вскоре и президент Кеннеди, и председатель Хрущев начнут заниматься этим вопросом, каждый по-своему.
___________________
На президентских выборах 1960 года одним из «коньков» Джона Кеннеди была ликвидация фиктивного «ракетного отставания» от Советского Союза и необходимость обойти русских в космосе. В конце концов, Хрущев ведь заявил, что штампует МБР, «как сосиски»[386]. Победа Кеннеди над Ричардом Никсоном означала, что деньги могут потечь рекой как на высокотехнологичную мирную гонку за первенство в полете на Луну, так и на секретные военные работы. Названия разведывательных спутников эпохи Эйзенхауэра прятались под прикрытием кодовых обозначений. К тому же в отличие от публично отстаивавшейся Эйзенхауэром точки зрения, что эти два ответвления космической деятельности должны четко разделяться, администрация Кеннеди (и ВВС) придерживалась мнения, что оба они являются частью одной миссии – сохранить космос как область ненападения. Бюджет военно-космических расходов Кеннеди в 1963 году составил 1,5 миллиарда долларов – почти втрое против расходов Эйзенхауэра в 1960-м. Бюджет NASA взлетел вшестеро: с 400 миллионов в 1960 году до более 2,5 миллиарда долларов в 1963-м.
Конгресс и американский народ уже были подготовлены к этим миллиардным финансовым тратам, по крайней мере к их гражданской части: в своей речи на совместном заседании обеих палат Конгресса 25 мая 1961 года Кеннеди предложил считать высадку на Луну «новым великим американским предприятием». За шесть недель до этого Юрий Гагарин стал первым человеком, обогнувшим Землю в орбитальном космическом полете, в то время как Америка еще не смогла даже сделать такую ракету для своего будущего астронавта, чтобы она не взрывалась на старте. Желая упрочить падающий престиж Америки решимостью взяться за ошеломляющие космические проекты, Кеннеди добивался того, чтобы сделать Америку гарантом и устроителем мира во всем мире. Он был убежден в том, что американская неагрессивная милитаризация сможет нейтрализовать советскую агрессию: «Наше оружие не предназначено для войны – оно представляет собой средство предостережения и сопротивления чьим-то авантюрам, которые могли бы закончиться войной». Классическое разделение между оборонительными и наступательными вооружениями, между добрыми намерениями хороших парней и зловещими планами парней плохих.
Кеннеди начал свою речь призывом к крестовому походу в защиту свободы – «наша сила, так же как и наши убеждения, сделала эту страну лидером в борьбе за свободу» – и заключил библейским призывом к прекращению войны:
Советский Союз уже слышал такие заклинания и раньше, еще при жизни Сталина, когда Молотов был его министром иностранных дел. После более чем десятилетнего их повторения уверения, что экспансионистские Соединенные Штаты не имеют никакого желания кого-то завоевывать, для их экспансионистского противника на Востоке были, конечно, пустым звуком.
