Софике остро захотелось треснуть экспериментатора по башке чем-нибудь тяжёлым, чтобы раз и навсегда отбить желание ставить опыты над живыми людьми, но подходящих предметов под рукой не нашлось. С чего демону взбрело в голову изучать поведение её родителей, она не могла взять в толк. Наверное, опять развлекается.
Не говоря ни слова, Софике продолжила есть салат, делая вид, что Моро — пустое место. Эдакая тактика борьбы с навязчивым ухажёром, применённая к демону. Моро выжидающе смотрел ей в лицо, видимо, всё ещё надеясь, что Софике даст волю эмоциям и подхватит диалог, но как бы не так. Она держалась.
— Детский сад какой-то, — сердито бросил Моро. — Я мог бы наплевать на твои чувства и отправиться дальше путешествовать по Тохшу, ничего не объясняя. Однако, как видишь, остался рядом и извинился. Я действительно на вашей стороне. У нас общий враг. Но мне нужно убедиться, что вы не наломаете дров с моей помощью.
«Врёт. Врёт. Врёт», — сама себя убеждала Софике, вспоминая поведение Моро в мельдоме. Выпив гочи, она ногой подцепила лямку сумки и подтянула её к себе. Хорошенько покопавшись в карманах, выудила беспроводные наушники, воткнула их в уши и выбрала на элекоме альбом любимого исполнителя. Моро скептически прищурился.
«
В ответ Софике сделала музыку погромче, устроилась в уголочке поудобнее и закрыла глаза, откинувшись на мягкую спинку дивана. Голос певца давил на барабанные перепонки чуть ли не до мигрени, даже хотелось убавить звук — зато никаких других мыслей, кроме желания выкинуть наушники, не осталось.
— Да ладно! Даже с торератом Ханом? — Олиси застыла с вилкой в руке. — Ну она вообще неразборчивая…
— Я про то и рассказываю, что Мседео себе тёплое местечко выторговала отнюдь не только головой, — с многозначительной усмешкой ответила Ама́ла Те́ссен, щедро поливая еду в своей тарелке соусом. — Всех, кого надо, ублажила. Под Рэйзора бы тоже легла, если б не боялась роботов.
Олиси брезгливо скривилась и отрезала кусочек мяса. С ферьером Амалой Тессен, старшим оператором аванпостов, она познакомилась только утром, но новая коллега вела себя так, будто знает Олиси уже лет десять. Этой невзрачной белобрысой ламерийке с мелкими чертами лица, смахивающей на какого-то грызуна, как будто не терпелось поделиться всеми грязными сплетнями об омарате Кариш. Олиси сначала обрадовалась халявному информатору, но вскоре почувствовала, как Амала душит её подробностями, половину из которых, похоже, выдумала сама. Про Мседео ходило много небеспочвенных слухов, но по описаниям Амалы омарат Кариш представляла собою просто-таки воплощение всех пороков в красивой обёртке.
— А пошему она боитша? — с набитым ртом полюбопытствовала Олиси.
— Её вроде роботы изнасиловали, когда она в плену была, — небрежно ответила Амала и зачерпнула ложкой овощи, потонувшие в соусном море. — Хотя с таким-то послужным списком удивительно, что её это травмировало.
Олиси поперхнулась и постучала себя по груди, помогая мясу проскользнуть по пищеводу. Нет, неприязнь Амалы к Мседео точно носит личный характер. Но и послать назойливую коллегу куда подальше уже не получится: ламерийка явно мстительна и злопамятна. Придётся терпеть и поддакивать, пока Софике не вернётся, ну а потом потихоньку свернуть общение.
Олиси подозревала, что Амалу протащили в «Третью сторону» буквально за уши — обычно таких отсеивают ещё в интернатуре. Но ламерийка набрала семь баллов из десяти возможных по шкале чувствительности к отражениям миров, и отказывать подобным специалистам в трудоустройстве очень сложно.
Одна польза от этой Амалы — она успела занять место в столовой возле окна. Сегодня на ужин подтянулось немало людей, и Олиси за болтовнёй по привычке рассматривала всех проходивших мимо столика. Вдоль витрин с едой выстроилась длинная очередь — сотрудники в её хвосте вытягивали шеи, с тревогой наблюдая, как быстро уменьшается количество вазочек с ягодным муссом, украшенным кремовыми завитками. Олиси уже несколько дней не ела ничего сладкого и теперь пожирала глазами чужие подносы с лакомством, но мужественно терпела.
В конец очереди пристроился Идир с офицерами из своего звена — все в тёмно-фиолетовых робах пилотов. Олиси исподтишка показала спине шерла неприличный жест правой рукой.
Амала наконец-то осушила соусное море с овощными рифами и принялась за десерт, дразняще медленно снимая верхний кремовый слой. Олиси с вожделением сглотнула.
— Фигуру бережёшь? — насмешливо спросила Амала, облизывая ложку.
— Волю тренирую, — хмуро ответила Олиси, не в силах отвести взгляда от притягательного содержимого вазочки.