Свет голограмм над единственным открытым аванпостом выхватывал человеческие фигуры из полумрака. Остальные операторы второй смены попрятались в звуконепроницаемые куполы, как моллюски в раковины; Рэйзор подозревал, что не столько из-за работы, сколько из-за нежелания оказаться между двух огней — точнее, даже трёх, если считать молчащего торерата Хана. Омарат, как обычно, напрочь игнорировала субординацию и протоколы: откинувшись в кресле и расслабленно положив руки на подлокотники, она сидела в присутствии ксарата Келлемона, как если бы к ней обращался подчинённый. Стоявший рядом Акан Хан сжимал спинку её кресла — понять бы, для поддержки или, наоборот, предостережения. Гес заложил большие пальцы рук за поясной ремень и перекатывался с носков на пятки, давая хоть какой-то выход распиравшим его эмоциям.
— Я не собираюсь перед тобой отчитываться, Келлемон. Доклад я делала для Совета, а не для тебя. Разговор окончен, — холодно обронила Мседео и демонстративно взялась за визор оператора.
Если бы Селиса Аванис вела себя подобным образом перед другим ксаратом, Рэйзор сразу сделал бы ей строгий выговор. Акан всегда был слишком мягок с подчинённой — вот и сейчас промолчал, спуская с рук наглую выходку.
— Докладом твоим разве что подтереться можно! — сгоряча выпалил Гес, но опомнился и произнёс уже более спокойно: — Поставлена задача расшифровать историю отражений и определить цепочку событий на Смиде. Задачу ты не выполнила. В докладе указано, что глубокий анализ невозможен. По какой, хунд побери, причине он невозможен?
— По такой, что интуиция мне подсказывает туда не лезть, — склонив голову набок, устало произнесла Мседео. — И ты не лезь туда, в чём не разбираешься, Келлемон.
— Интуиция? Это что за инструмент измерения такой — интуиция?! — Гес воззрился на торерата Хана и раздражённо ткнул в него пальцем: — Чтоб к полуночи у меня на столе лежала объяснительная записка, почему твой отдел не выполняет свои обязанности. Я найду управу и на тебя, и на Кариш. Маллинана ты знаешь.
— Я давно знаком с уважаемым Эделем Маллинаном, но, боюсь, изучение специфики работы операторов за пределами его компетенции, — язвительно отозвался Акан.
Да уж, зашёл Рэйзор действительно неудачно. Помимо того, чтобы убедить Акана пересмотреть отношение к бывшему демону, он как раз хотел уточнить расплывчатые формулировки в докладе Мседео — возможно, темиец дал бы чуть больше информации. Келлемон опять всё испортил.
— Кто ещё разбирается в истории отражений? — хмуро спросил Гес.
— Хм-м… — Акан задумчиво коснулся подбородка. — На таком уровне, как Мседео, никто. Есть другой специалист по истории отражений, ферьер Амала Тессен, но её рабочий день окончен.
— Вызови её сюда.
— Гес…
— Я сказал — вызвать Амалу Тессен в Центр управления аванпостами! — рявкнул Келлемон. — Вы тут совсем от рук отбились. Забыл, с кем разговариваешь?
Рэйзор сымитировал покашливание, и его наконец заметили. Гес даже воодушевился:
— А, Рэйзор! Тоже пришёл выяснять, что за муть Кариш предоставила в докладе? Только полюбуйся на эту звезду, которая держит нас за дурачков.
У Мседео подскочил сердечный ритм, как только она увидела Рэйзора, и вряд ли причиной тому была радость. Акан, склонившись над саморийкой, шёпотом попросил её войти в положение начальства и пойти на уступки. Мседео вскинула на темийца возмущённый взгляд:
— Ты предлагаешь поддаться на шантаж Келлемона? Акан, он сам не понимает, чего просит! И ради всего святого, не вызывай Тессен — эта дура только всё испортит.
Акан укоризненно покачал головой и отошёл в сторонку, чтобы кому-то позвонить. Мседео осталась в окружении Геса и Рэйзора. Ламериец самодовольно ухмыльнулся:
— И что ты сразу не согласилась? Если Тессен действительно что-то раскопает, вся слава достанется ей одной.
Мседео, вскочив с кресла, ураганом налетела на ксарата:
— Закрой рот, Келлемон! — наступая на опешившего Геса, сквозь зубы цедила она. — Ты вмешиваешься в процессы, о которых не имеешь ни малейшего понятия! Ещё пожалеешь об этом!
— Мседео! — запоздало одёрнул её Акан.
— Та-а-ак… — угрожающе протянул Келлемон, скрестил руки на груди и расставил ноги на ширине плеч.
Прикинув, чем обернётся столкновение двух звёзд первой величины, Рэйзор вклинился между спорщиками и загородил собою Мседео.
— Я отправлю тебе черновик докладной на торерата Хана и омарата Кариш, — быстро сказал он кипящему от негодования Гесу. — Подпиши, если со всем согласен. Я выступлю свидетелем.
Прищурившись, Гес с подозрением смотрел то на Рэйзора, то на встревоженного торерата Хана. Рэйзор понимал, что даже мимолётная поддержка Келлемона сожжёт доверие Акана дотла, но другого выхода у него просто не было: поведение омарата Кариш поставило под удар репутацию торерата Хана. Геса нужно срочно отвлечь от препирательств, пока они не вылились в катастрофу и для Акана, и для его любимицы.