— Пойдём. — Идир закинул её сумку за спину и подставил локоть. — Не зацикливайся. Пройдёт где-то через месяц. Моих парней менталисты тоже обрабатывали, так что представление имею.
Сложно оставаться сильной и независимой женщиной, когда нога отекла при перелёте, а в голову будто воткнули шило — пришлось опереться на руку шерла и ковылять к выходу.
В гостиницу доехали глубоко за полночь, и Софике отрубилась, едва голова коснулась прохладной подушки на кровати в скромном номере. Утром еле разлепила глаза по будильнику, спросонья принялась искать форму «Третьей стороны» и долго смотрела на голую стену, соображая, куда делся встроенный шкаф. Не сразу дошло, что она стоит не посреди ячейки в штаб-квартире, а в гостиничном номере.
Приводила она себя в порядок долго — Идир уже названивал, требуя поторопиться. Волосы всё никак не желали собираться в зализанную причёску, подходящую под строгий стиль чёрного делового костюма. Встретив Софике на парковке, Идир критически оглядел её и не смог сдержать лёгкую улыбку — не сговариваясь, оба выбрали одежду похожего фасона, только она надела серую блузку, а он — тёмно-синюю рубашку.
Пока шерл вёз её в зал для торжеств, Софике дремала на переднем сиденье, и мысли лениво ворочались в затуманенном разуме. «Может, зря я так с ним? Заботится всё-таки, помогает, ничего не требует в ответ… пока что. Ну, грубоват, но он всегда таким был. Зато настоящий герой, не рохля». Машину качнуло, и Софике, зевая, открыла глаза.
— Приехали. — Шерл смотрел вперёд, крепко сжимая обод руля обеими руками. — Держись возле меня, поняла? Не на всех менталистов хватило, народ спятил.
Софике вопросительно подняла брови.
— Нашлись идиоты, которые считают, что это мы всё подстроили, чтобы выбить дополнительный бюджет для «Третьей стороны», — пояснил Идир. — А родственники погибших ищут, кого бы обвинить в произошедшем. Это как искра в сухостое — чирк, и всё загорится. На меня в Кооре уже с кулаками бросались, кричали, что я поздно прилетел. Дебилы. В общем, без меня — ни шагу. Я сейчас выйду первым и открою перед тобой дверь. Ни с кем не встречайся взглядом. А ещё лучше держи грустную мину, у тебя хорошо получается.
Софике предпочла пропустить издёвку мимо ушей и серьёзно кивнула. У входа в здание и впрямь уже собралась толпа — репортёры держали микрофоны наготове, за ними стояли какие-то хмурые люди и оттесняли возбуждённых граждан с плакатами. Софике прищурилась, пытаясь прочитать написанные от руки лозунги, и тут Идир бесцеремонно взял её за подбородок и развернул лицом к себе.
— Не смотри, — жёстко приказал он. — Это инфомусор. Всё, что тебе нужно знать — власти Саморе, Панерута и Ламерии полностью поддерживают действия «Третьей стороны». Думаешь, мне самому эти награды больно нужны? Как будто я сам не в курсе, что без меня половину Коора бы разбомбили.
— Тогда что мы тут делаем? — шёпотом спросила Софике.
— Это демонстрация нашей верности государству, а со стороны Панерута — признательность «Третьей стороне». Нужно, чтобы гражданские это увидели и прекратили бухтеть. Ну всё, идём, а то опоздаем.
Пока они шли по гравийной дорожке от припаркованной машины до входа, Идир заслонял Софике от толпы то боком, то спиной. Вслед что-то орали — злобно, грубо, и вдруг раздался совсем уж громкий крик. Софике испуганно обернулась — какая-то женщина всё же прорвалась сквозь оцепление и бежала к ней, путаясь в длинных юбках и вытянув руки вперёд, как сумасшедшая.
— Почему ты не спасла моего сына?! — вопила она. — Почему ты жива, а он мёртв?!
Идир перехватил безумицу на подлёте и повалил на землю, не дав притронуться к Софике. Та всё-таки успела плюнуть ей в лицо, и пузырящаяся слюна налипла густой кляксой на прозрачную маску. Софике вросла в землю. Запыхавшийся тучный охранник наконец-то подбежал к буянке, извивающейся под шерлом, и надел на неё наручники.
— Работать надо лучше, — зло бросил ему Идир, поднимаясь с коленей. — Клювом щёлкаете как…
Не закончив, он силой потащил Софике прочь от сумасшедшей. Затолкав её в прохладный холл здания, вынул из нагрудного кармана платок, тщательно протёр запачканную маску и выкинул его в урну. Перед глазами Софике всё ещё стояло искажённое мученической гримасой лицо женщины, и растерянность вдруг уступила место чувству вины.
— Соберись давай, — прошипел Идир, легонько тряхнув Софике. — Ты ж хотела быть солдатом? Вот и будь им. Если эти падальщики почувствуют слабину, мы от них год отбиваться будем.
— Я даже не знаю, кто это… И про кого она говорила… — срывающимся голосом пролепетала она.
— Ты меня слышишь вообще? — раздражённо перебил шерл. — Забудь!
Идир бегло осмотрел Софике, одёрнул замявшиеся рукава её пиджака и расправил заломы на воротнике блузки. Шумно вздохнув, она всё-таки заставила себя отвлечься от обезумевшей женщины и прикоснулась к его груди, чтобы застегнуть пуговицу. Он послушно замер. Софике справилась с пиджаком, отряхнула гравийную пыль с коленей Идира и встретилась с ним взглядом.
— Я готова, — с напускной уверенностью заявила она.