Софике растерянно пожала плечами. Пока друзья выбиваются из сил в госпитале, кое-кто собирает звёзды с неба и рассчитывает, что за его успехами следит вся «Третья сторона».
— Я даже не знаю, отпустят ли меня врачи и омарат Регеро…
— Распоряжение самого ксарата Лараша. Бронь двух мест в самолёте уже есть. Первый класс — за счёт авиакомпании. Мы ж с тобой герои.
Опять эта нахальная улыбочка. Шерл точно не испытывал угрызений совести за приподнятое настроение.
— Собирайся, короче, — повторил он. — Жду у входа в штаб-квартиру. Возвращаемся послезавтра, много вещей с собой не бери. Только возьми что-нибудь приличное, для церемонии.
Софике поперхнулась от возмущения его пренебрежительным тоном, шумно выдохнула, и маска запотела на пару мгновений. Идир, дурачась, подбросил элеком на ладони и пошёл к выходу, насвистывая незамысловатую мелодию.
***
В аэропорт Коора они ехали в тишине. Софике сидела с опущенной головой, сцепив руки в замок на сдвинутых вместе коленях, и украдкой посматривала на попутчика. Идир развалился в кресле и вёл машину расслабленно, вальяжно придерживая руль левой рукой. Правую он положил на подлокотник, чем изрядно нервировал Софике — раньше шерл любил как бы невзначай сдвинуть ладонь вправо и вниз, на бедро спутницы. «И почему я не перепроверила его слова? — думала она, кусая щёку. — Даже почту не посмотрела. А сейчас лезть в элеком как-то неловко…»
— Дыши, — внезапно сказал Идир. — Ты не дышишь уже несколько секунд. Я что, похож на маньяка?
Он отвлёкся от дороги и с укором взглянул на Софике — в ответ она сумела только нервно хихикнуть и облизнуть пересохшие губы.
— Ведёшь себя как жертва насилия, хотя я тебя даже пальцем не тронул, — продолжил шерл, снова сосредоточившись на управлении. — Подумаешь, поругались один раз.
Про безобразную сцену в учебке Идир как будто уже и не помнил. Попытка поговорить по душам была неожиданной, но Софике не обольщалась: настораживало даже не безразличие Идира к её пребыванию в госпитале, а его шаг к примирению после новости о награждении медалями. Какое чудесное совпадение — два героя Панерута, парень и девушка, состоят в отношениях. Прекрасный заголовок для СМИ и сто очков в копилку репутации прославленного военного лётчика.
— Долго ещё в молчанку будешь играть?
— Ты не извинился.
Шерл усмехнулся, вздёрнул подбородок и пришпорил машину — она ощутимо присела на корму перед разгоном.
— Ну, извини. Был на взводе. А ты б не разозлилась на моём месте, что ли?
Что и требовалось доказать — из обороны Идир перешёл в нападение, спихнув вину за свою выходку на Софике. Смысла продолжать этот разговор она не видела, поэтому сменила тему:
— Почему на базе такое оживление?
Идир непонимающе уставился на неё.
— В смысле?
— Когда похитили аденрата Лешто, все ходили как пришибленные, хотя пострадал только один человек. Сейчас иномиряне убили и ранили кучу людей, а начальство нас с тобой в Миллу отправило, медальки получать. В штаб-квартире вообще все носятся с таким энтузиазмом, как будто новую обитаемую планету открыли. Меня чуть с ног не сбили, пока я до номера добиралась.
— Ну ты сравнила! — хохотнул Идир. — В первый раз никто ничего сделать не успел. Торерат Хан уши заливал, что демонов не остановить. А в этот раз мы их всех уничтожили, и демонов в том числе. Думаешь, меня просто так наградили? Да я своими руками…
— Демонов нельзя убить, — перебила Софике.
— Много ты о них знаешь? — презрительно процедил шерл и свернул на подъездную дорогу к аэропорту.
«Да уж побольше, чем ты», — мысленно ответила Софике, но вслух пререкаться не стала.
Идир ещё несколько раз пытался разговорить Софике до рейса — она отвечала прохладно и пространно, давая понять, что не заинтересована. Может, шерл Мелори и стал героем Саморе с Панерутом вместе взятых, но его поведение по-прежнему отталкивало.
Софике предпочла бы слетать туда и обратно одним днём, в идеале и вовсе телепортироваться, но телепорты в «Третьей стороне» сейчас ценились выше редкоземельных металлов. Нога всё ещё ныла и опухала после долгой ходьбы, поэтому изначально Софике планировала вернуться в гостиницу сразу после утренней церемонии и ждать обратного рейса в номере. Спохватившись, написала родителям и предложила встретиться после награждения. По крайней мере, убедится, что с ними всё в порядке, ну и заодно избавится от общества Идира.
Аэропорт Миллы произвёл гнетущее впечатление. Его частично закрыли на ремонт и в знак траура погасили все рекламные вывески — теперь они зияли чернотой пустых рамок в окантовке тёмно-синих неоновых лент. Повреждённые эскалаторы накрыли полотнами кроваво-красных цветов. Путешественники старались разговаривать вполголоса, как рядом с братской могилой. Софике с приоткрытым ртом застыла на месте, глядя вверх, на деревянную инсталляцию на уровне второго этажа, которая порождала в подсознании неуловимые воспоминания. Висок вдруг прострелила острая боль, Софике охнула, выронила сумку с вещами и поморщилась.