Всю обратную дорогу в штаб-квартиру Рэйзору сыпались личные письма — и от друзей, и от недругов. Поздравления сменялись недовольством, в паре сообщений даже мелькала фраза «деконструкция нейросети», и он тут же переслал письма в следственный комитет. Никакого попустительства угрозам он больше позволить не мог, и по новой тактике поведения, согласованной с Советом организации, ответил только высшим офицерам. Как остальные расценят надменное молчание новоявленного аденрата, Рэйзор даже думать не хотел.
Первым в рабочем календаре стояло совещание с Лианом Войтеном, но неожиданно пришло сообщение от Софике «надо поговорить». Следовало проигнорировать его, как и остальные сообщения от рядовых, но он же обещал Софи встретиться наедине… Нет, он должен выполнить это обещание.
Предупредив Войтена, что немного задержится, Рэйзор пришпорил гравимобиль и с нарушением правил дорожного движения помчался в штаб-квартиру.
***
«Вот и всё… — крутилось в голове у Софике, когда она побелевшими пальцами сжимала элеком с окончательными результатами выборов. — Вот и всё…»
Предатель. Он подло вырвал победу из рук Келлемона, подговорив Хана выступить заодно! Устами менталиста заставил военных проголосовать за себя, наплевав на то, что большинство людей против его политики! Сбылось худшее предсказание критиков: робот подменил человеческую волю своей, и что ещё страшнее — обставил всё так, будто победил в результате честных и свободных выборов.
Внутри всё кипело, а надо было начинать рабочий день, как будто ничего и не случилось. За завтраком Олиси, давясь низкокалорийными галетами, с набитым ртом торопливо рассказывала последние новости «Третьей стороны». Оказывается, Мседео, преданная организации до мозга костей, настолько возмутилась поступком торерата Хана, что подала прошение о переводе на другую планету, а сам торерат Хан посчитал для себя унизительным бегать и упрашивать её остаться. Оба в итоге обиделись друг на друга так сильно, что операторы аванпостов ходили по Центру на цыпочках, лишь бы не злить начальство.
Ещё Олиси проболталась, что Идир со своим звеном не только проголосовал за Келлемона, но и хочет перейти в его дивизию, а некоторые военные вообще собрались увольняться.
Софике слушала её вполуха и размышляла над тем, что многие люди не боятся открыто выразить несогласие и с результатами выборов, и с решением Совета. Кто-то переводится на другую базу, кто-то жалуется в следственную комиссию, кто-то вовсе уходит… А что она? Опять будет наблюдать за происходящим с обочины жизни?
— Не знаю, стоит ли тебе в отделе Регеро оставаться… — Олиси выразительно закатила глаза, запихнула последнюю галету в рот и отряхнула крошки с униформы. — Вы с Идиром в одной дивизии окажетесь, и он найдёт способ, как на тебе отыграться. Может, к Ларашу от греха подальше перейдёшь? Или лучше к торерату Хану: говорят, Рэйзор теперь его до чина ксарата повысит. Будем опять вместе работать, а уж я-то тебя в обиду не дам. Ой, кстати, я ж тебе не сказала: смотри, что мне торерат Хан вчера вручил! Награду за спасение итиайя.
Она вынула из нагрудного кармана крохотную медаль с изображением старинного щита и подписью «За боевые отличия». Софике аж передёрнуло: темиец подругу подкупил, а она рада-радёшенька!
— Не пойду я ни к какому торерату Хану, — отрезала Софике. — Тебе самой не мерзко под его начальством теперь работать? Вступил в сговор с роботом и загипнотизировал людей. Не видать Рэйзору места аденрата, если б не помощь Акана.
Олиси сделала страшные глаза.
— Ты что такое говоришь? — прошипела она. — Сейчас какая-нибудь Амала Тессен услышит и настучит торерату Маллинану.
— Давай уволимся, — предложила Софике встревоженной подруге. — Найдём нормальную работу в Кооре. Или даже вернёмся в Миллу, там тоже большая нехватка специалистов. После «Третьей стороны» нам теперь везде дорога открыта — такой опыт знаешь, как ценится?
— Софи, ты чего? — озадаченно спросила Олиси. — Что случилось? Ты когда успела с Рэйзором разругаться? Недавно ж смотрела влюблёнными глазами…
— Никогда я не смотрела! — гневно перебила её Софике. — Не выдумывай. Увлеклась немножко — да, но не больше того. Я в нём ошиблась, и не хочу больше ни дня работать под его руководством.
— Ну, поступил он не очень красиво… — неуверенно протянула Олиси. — Но он же не навсегда в чине аденрата, выборы снова через пять лет.
— Да? А ты уверена, что он не захватит власть за этот срок, не распустит Совет под каким-то благовидным предлогом и не навяжет тохшанам свою волю с помощью Акана?
— Ты сейчас изображаешь его каким-то карикатурным злодеем, — сузив глаза, вынесла вердикт Олиси. — Не накручивай себя.
— А я и не накручиваю, — с достоинством ответила Софике, гордо тряхнула кудряшками и повторила: — Давай уволимся. Наш опыт пригодится в НИИ и оборонке не меньше, чем в «Третьей стороне». Если страны Содружества заметят, сколько людей уволилось, займутся проверкой. Может, Рэйзора досрочно сместят, и тогда мы вернёмся.
Олиси погрузила пальцы в волосы на макушке и помотала головой.