Переживать из-за неэтичности обмена личным опытом, связанным с людьми, не стоило. Роботы умели хранить тайны. Однако засекреченная информация, доступная Рэйзору по праву высокого офицерского чина, синхронизации не подлежала.
«Кластер» распался. Серео шагнул к двум другим роботам, наклонился и неожиданно крепко стиснул их в могучих объятиях. Рэйзор привык к его чудаковатым выходкам и не сопротивлялся, а вот Ветер попытался высвободиться. Безуспешно.
Бедные мои братики, — отправил Серео полное сочувствия сообщение и разомкнул руки.
Пожалуй, это было даже трогательно: дымчатый гигант потратил энергию, чтобы поддержать соратников — по его меркам отрицательные эмоции товарищей зашкаливали.
Ветер, и без того оглушённый чужими проекциями сознания, стушевался и ничего не ответил. Теперь Рэйзор знал его историю от начала и до конца. Странным получился новый робот, очень странным… Хотели ли инженеры сделать его нелюдимым, или это вышло случайно? Развитие нейросетей на поздних стадиях обучения до сих пор подкидывало сюрпризы. Неудивительно, что Акан Хан испытывал сомнения в исправности Ветра.
Похлопав Серео по спине, Рэйзор вернул себе инициативу в разговоре:
Спасибо, Серео. Кстати, Ветер, благодарю и тебя за спасение рядовых Сото и Муни.
«Настроенческие» диоды Ветра приобрели алый оттенок.
Это случайность. Если бы я заранее знал об атаке, занялся бы эвакуацией оборудования.
Рэйзор отправил в эфир сигнал «стоп» и уставился на новичка. Он хотел бы ошибиться, но радиомодуль работал исправно. Серео тоже буравил Ветра тёмно-фиолетовыми огоньками в оптокамерах.
Для роботов «Третьей стороны» жизни людей имели наивысший приоритет, переопределить который они могли только по приказу вышестоящего командования. Если искусственный интеллект нарушал этот непреложный принцип, его уничтожали ещё на стадии испытаний. Робот, готовый по собственной инициативе обменять человеческие жизни на пусть и дорогостоящую, но бездушную аппаратуру, не должен существовать вовсе.
Но целёхонький Ветер стоял перед обескураженным Рэйзором, абсолютно не понимая, что такого сказал.
И тут Рэйзор осознал свою ошибку.
Он-то считал, что лихо забрал нового робота — а на самом деле Акан ловко подложил Рэйзору наживку, которую тот немедленно заглотил. Конечно, опытный торерат заподозрил в поведении разведчика неладное, но не спешил делиться соображениями с окружающими. Наверное, взвешивал «за» и «против». И тут как раз подвернулся Рэйзор, горящий желанием прибрать нового специалиста к рукам. Акан умело спихнул Ветра на Рэйзора, не только сняв с себя груз ответственности, но и посадив конкурента на короткий поводок. По уставу Рэйзор обязан доложить о дефекте мышления Ветра робопсихологам, а те, в свою очередь — немедленно запросить ликвидацию бракованной модели. В корпус разведчика позже «подселят» другое цифровое сознание.
Если дефект Ветра обнаружит кто-то ещё, то допрашивать будут и Акана, и Рэйзора. Но Акан — менталист, он умеет ставить такие блоки, что его никто не «прочитает», если только не подключат операторов аванпостов. Память Рэйзора же могут вскрыть как консервную банку. Единственный способ избавиться от удавки торерата Хана и сопряжённых рисков — следовать пунктам устава.
У Рэйзора не поднималась рука инициировать ликвидацию Ветра, но и скрыть фразу разведчика уже не получится. Как минимум, её заметил Серео, отличающийся прилежным выполнением всех законов организации. Рэйзор ожидал, что товарищ вот-вот вынесет мрачный приговор.
Серео поделился эмоконом осуждения, и Ветер не ответил очередным знаком вопроса. Он всё-таки задумался над своими словами.
Вылечим, — констатировал Серео. — Только не шалите.
Рэйзор послал «спасибо» лично Серео и спросил вдогонку:
Почему ты не донёс на него?
Я его тоже
По счастливой случайности синхронизация произошла раньше, чем опасная оговорка Ветра. И Рэйзор, и Серео поняли характер нового робота: он недолюбливал всех людей, но по собственному желанию не стал бы их убивать.
Вот и добряк Серео теперь под угрозой деконструкции нейросети, если вдруг правда выплывет наружу. Рэйзор тщательно взвесил риски. В случае удачного «лечения», как выразился товарищ, можно превентивно покаяться и снизить степень наказания, а неудачного — всё-таки избавиться от бракованного Хамн-имн-Хатора. Сейчас, когда над «Третьей стороной» нависла угроза, разбрасываться специалистами недальновидно.
Мы обязаны спасать людей. Техника — заменима. Человек — нет. Это ясно, шерл Хамн-имн-Хатор? — жёстко спросил Рэйзор.
Ветер вытянулся в струнку.
Так точно, ксарат Рэйзор, — после едва заметной заминки ответил он.
Вольно. Завтра пойдёшь к рядовым Сото и Муни, поинтересуешься их самочувствием, — добавил Рэйзор. — Найди время. С этого момента ты общаешься людьми предельно вежливо и корректно. На тебя не должно быть никаких нареканий. Никогда. Твоя цель — завоевать больше расположения сотрудников «Третьей стороны», чем я сам. А ещё лучше — больше, чем Серео.