— К барону пока никого не отправлять. Понаблюдаем за развитием событий. Если он оказался способен на ритуал призыва, да еще и знал о его существовании… Быть может, это происки моей дорогой бабушки. Всё не сидится ей на испанском престоле, старой стерве! Лучше расскажи-ка, как там дела в Гостинной? Много радикальной молодежи уже завербовано?
— Да, немало! — довольно закивал граф. Все-таки рассказывать об успехах ему нравилось куда больше. Хотя и тут не обошлось без проблем. — Мы уже соорудили целую подпольную организацию. Несколько завербованных лидеров социалистов собрали вокруг себя не только всякую погань и чернь, но и целый ряд опальных дворян, и даже кое-кого из респектабельных родов. Конечно, кое-кто, бывает, срывается с крючка…
— Скольким уже раздали Пронзатели? Сколько у нас достойных?
— Уже больше сотни по стране! В одной только столице три с лишним десятка! Прикажите — и эти люди приложат все силы, дабы проникнуть в обиталища неугодных магов, и прирезать их как свиней!
— Ты опять бравируешь, граф. Что-то не так? говори.
— Эм… Дело в том, что случилось то, чего не могло не случиться. Но все-таки печально. Все, кому мы выдавали Пронзатели, кого посвящали в руководители ячеек, истинные фанатики дела. Кто-то реально верит в эту бредовую чушь для рабов — социализм. Кто-то в возможность взять власть с помощью заговора и сделать жизнь лучше. Кто-то настолько успешно нами мистифицирован, что готов умереть хоть сегодня за идеи, которые и сам толком не понимает…
— Но?
— Но, повелитель. Недавно, буквально в последние дни, сразу два посвященных сорвались с крючка. Оборвали все контакты, затерялись. Одна даже убила двоих связных.
— И Пронзатели они, конечно, прихватили с собой?
Граф сумрачно кивнул.
— Фамилии?
—нетитулованные Юдин и Маринец, они, кажется, обвенчались, один простолюдин Иванов. И опальная дочь барона Юлия Горская.
— Откуда у тебя это⁈ — холодно спросил я, оказавшись в пяти метрах от растерянной баронессы. — Отвечай.
Горская смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Когда я разорвал дистанцию, она так испугалась, что непроницаемо-черный клинок выпал из ее рук и теперь валялся в дорожной пыли.
— Что с тобой? — встревоженно произнесла наконец Горская. — Я просто хотела показать, что и мне есть, чем сражаться в случае чего! Чем защитить тебя!
— Ты знаешь, что это такое? — спросил я, несколько расслабившись. Юля не предпринимала никаких враждебных действий, не тянулась к валяющемуся кинжалу, и очень искренне проявляла обеспокоенность. — Откуда это у тебя?
— Это… до недавнего времени я думала, что это просто символический кинжал. Своеобразный знак отличия для посвященных в дела… — она опустила взгляд, волосы упали на лицо. — В дела одной организации. Не очень законной, честно сказать…
— До недавнего времени? Только не говори, что ты им кого-то убила.
Юля опустила голову еще сильнее, зажала между острыми коленями. Лицо совсем скрылось под угольно-черным водопадом волос. После недолгого молчания девушка тихо произнесла:
— Да.
— Но ты все-таки смогла сейчас его выбросить. Убила кого-то не очень сильного? Или вообще не мага?
Девушка трясущейся рукой откинула волосы с лица и уставилась на меня глазами, полными удивления.
— Откуда ты… Ты тоже из посвященных⁈
Глаза Горской сузились, на миг наполнились холодной яростью. Затем страхом, но и это прошло, и она подавленно опустила плечи.
— Да какая теперь разница? Да, я убила двоих. Один простой человек, второй совсем слабый одаренный. Они были посланниками ко мне от руководства. Застали меня, когда я уже вот-вот собиралась бежать. Я хотела скрыться от них, приехать сюда… Они пришли не вовремя.
Во дела. А эта хрупкая девушка, растерявшаяся еще недавно перед охамевшим княжичем, оказывается действительно может за себя постоять. Даже не постоять — пойти на прямое убийство. Ведь, если верить ее словам, эти посыльные пришли к ней как к своей… Но сейчас нужно ее прежде всего успокоить.
— Юля. — сделал я пару уверенных шагов к ней, готовый в любой момент вновь разорвать дистанцию. — Я понятия не имею, кто такие эти твои посвященные и о какой организации речь. Эти кинжалы — Пронзатели. Своего рода ослабленная копия, ученическое подобие одного артефакта чудовищной мощи. Способного убить даже бессмертного… ну или, как минимум, почти бессмертного.
О том, что первое испытание тот самый артефакт прошел на мне самом, я упоминать, пожалуй, не буду. Дело не в этом — дело в том, что сейчас, пока я простой человек, не модифицировавший собственное тело и не защитивший душу, меня можно прикончить одним точным ударом даже этой поделки.
— Это очень древняя вещь. — продолжил я. — В общем-то, сегодня ты уже имела дело с тем самым металлом, который является для них основой. Думаю, ты уже почувствовала это сходство.
Девушка уверенно кивнула, аккуратно отпинывая черный нож подальше от себя.
