Все перспективы и выгоды от новой забавы Титус Роули сумел оценить моментально. Ему, как декану факультета, давно уже поперёк глотки стояла и постоянная конфронтация, и то, что его подопечных всё время стремятся выставить злодеями и сделать крайними, обвиняя во всех грехах. А потому за новую выдумку Поттера он ухватился с энтузиазмом. Не поленился обойти все до единого помещения факультета и велел домовикам в кратчайшие сроки привести в порядок то, которое счёл подходящим. Следующим шагом стал вызов к себе Поттера с друзьями и тщательное составление списка. За помощью в закупке спортивного инвентаря мальчишки посоветовали обратиться к Майклу, и Титус советом не пренебрёг. Конечно можно было и трансфигурировать, но зачем, если всё можно купить, да ещё и самого лучшего качества.
Сетки, кольца, ворота, мячи всех видов и даже специальное покрытие для пола были доставлены в подземелья уже через несколько часов.
Пускать на свою территорию студентов с других факультетов в Хогвартсе было не принято, а вот обучить своих… В соответствии с новыми задачами его змейки должны были производить впечатление людей открытых и незацикленных исключительно на реалиях волшебного мира.
Пока эльфы трудились, приводя в порядок новый спортзал, он провёл инструктаж старост с подробным объяснением грядущих выгод и очень удивился, узнав, что почти полностью повторил слова Поттера и его друзей. Просто поразительно, насколько дети оказались прозорливее взрослых. Дел осталось всего ничего — провести общее собрание.
Обустройство спортзала было закончено за два дня. На стенах развесили инструкции с правилами игр и расписание обучения. За сменой соответствующего игре инвентаря должны были следить дежурные. Поттера и его компанию даже уговаривать не пришлось взять на себя роль тренеров — сразу согласились. Объяснения с родителями Титус оставил на откуп Люциусу Малфою и его друзьям. Пусть сами донесут до старшего поколения, насколько приятнее станет жизнь их отпрысков в школе, если отношение к Слизерину изменится.
Дамблдор исподтишка разглядывал своих подчинённых, с трудом сдерживая желание всех заавадить. Филиус и Помона требовали устроить площадки для новых игр. Минерва на каждое слово раздражённо фыркала и казалось, что она вот-вот начнёт хлестать хвостом по ковру. Титус как всегда помалкивал и это бесило ещё больше, чем если бы он нёс откровенную чушь. Трелони по своему обыкновению «пророчествовала», разумеется безуспешно, и даже в вымышленных предсказаниях ничего хорошего не обещала. Кеттлберн отсиживался в Запретном лесу, помогая Хагриду кормить фестралов. Остальные бурно обсуждали сплетни опубликованные в «Ведьмополитене» за истекшую неделю. И это педсовет?!
Никому и дела не было ни до успеваемости, ни до учебных планов. Впрочем, Альбусу тоже не было до этого дела. Куда больше его волновало, что по Хогвартсу снова шляется кто ни попадя. Ремонт разрушенных троллем помещений всё не заканчивался. Идиотам из Отдела по контролю за опасными существами не иначе как моча в голову ударила и они с чего-то решили поискать в замке ещё и тролльчиху. Запах им видите ли какой-то особый примерещился. Альбус и рад был бы им сказать, что никакой самки в Хогвартсе нет и быть не может, но приходилось молчать. Ему с таким трудом удалось свалить вину за появление тролля на Квиррелла, что подобное заявление было бы равносильно признанию. А признаться он не мог, только не сейчас, когда от проблем удалось отделаться штрафом и укреплением школьной защиты. Правда размер штрафа был поистине чудовищным, а в давно не обновлявшуюся защиту пришлось влить столько личной магии, что Альбус неделю чувствовал себя разбитым и истощённым… Но уж лучше так, чем снова выкручиваться, рискуя навлечь на себя полноценное расследование и оказаться в Азкабане.
Не то чтобы Альбус всерьёз опасался попасть в тюрьму, но… Подозрения, что при помощи контрабандистов его намеренно подставили, за истекшее время только окрепли, а вычислить виновника так и не удалось. Были на примете три гада, способных устроить подобную подлость, но в размышлениях постоянно что-то не сходилось и вопрос: «Кто ему так подгадил?» так и остался неразрешённым.
Поддавшись эмоциям, директор так стиснул пальцами перо, что оно сломалось. Удивительно, но тихий сухой хруст, неожиданно привлёк всеобщее внимание и трещавшие без умолку бабы наконец-то замолчали.
— Полагаю, на сегодня мы выяснили все вопросы. А достоинства молодых людей, украсивших собой последний выпуск «Ведьмополитена», гораздо приятнее обсуждать за чашечкой чая у камина, — желая скрыть бушевавшие в нём злость и разочарование, Альбус добавил в свой тон игривости.