Люди уверенно связывают жизнь с ростом, с развитием, а о жизни после смерти, если и говорят, то, как о чём-то застывшем, вечном и неизменном, как о некоем результате. Я же увидела, что со смертью не только ничего не заканчивается, за порогом смерти личность продолжает развиваться, по-видимому, даже более интенсивно, чем в мире наяву. Собственно говоря, в этом и состоит воспринятое мною откровение. Оно составит содержание следующей книги, ради которой такое длинное вступление – эта.
Когда мы расстанемся с телом – мы всего лишь получим возможность шагнуть сквозь «ширму» и увидеть подлинные просторы мира, в котором уже родились когда-то, привязанные к телу. Освободившись от тела, мы переживём следующее рождение и обнаружим себя неразрывно связанными со всем тем, что «записали» посредством него. Эта «запись» будет играть для нас как бы роль нового тела, потому что со смертью физического тела ничего не кончается: ни жизнь, ни собственный рост и развитие.
Разумеется, описание жизни после жизни всегда будет оставаться лишь очередной чужой фантазией на эту тему, ведь из-за нынешнего местоположения восприятия посмертное существование для человека – абсолютная тайна. Однако кое-что о грядущей жизни, по крайней мере, о первых переживаниях можно сказать уже и сейчас.
«Я-есть», «жизнь-душа» вылетает из тела и по какому-то волшебному туннелю несётся в неизвестный бестелесный мир навстречу свету… – так начинают описывать своё посмертное переживание многие из тех, кто пережили клиническую смерть и сохранили память о пережитом.
Никто не отрицает самого феномена посмертных видений, вопрос в трактовке природы этих видений. Так ученые связывают ощущения «падения», «туннеля» и «света» с угасающими функциями самого физического тела. Но ведь посмертный опыт включает переживания и совсем другого рода: встречу с уже умершими родственниками, просмотр собственной прошедшей жизни, общение с каким-то непонятным, но определёно разумным и очень благожелательным существом…
С лёгкой руки Раймонда Моуди, автора «Жизни после смерти», сейчас изданы уже десятки книг-свидетельств об этом феномене. Люди разного пола, разного возраста, с различным уровнем образования и очень непохожим жизненном опытом свидетельствуют о своём внетелесном существовании, и их рассказы оказываются во многом схожими. В своей первой книге сам Моуди описал и проанализировал 150 случаев, когда люди, прошедшие через опыт клинической смерти, хорошо помнили о своих предсмертных видениях. Согласно исследованиям Моуди, существует 11 четко различимых стадий процесса умирания и возвращения с того света. Но они представляют собой не столько физические, сколько психические переживания.
Независимо от национальности, места проживания и религиозной принадлежности исследуемых, их рассказы, различаясь в некоторых деталях, совпадают в главном – происходит подтверждение, а для кого-то и прозрение, что смерти нет. В первые мгновения ты просто-напросто видишь своё безжизненное тело, глаза которого закрыты, – но ты по-прежнему видишь, слышишь, чувствуешь и думаешь. В мгновенье становится абсолютно очевидно, что физическое тело – далеко не сам человек.
Очень интересно свидетельство о том, что в этих посмертных переживаниях человек остаётся самим собой. Его мысли заняты теми самыми проблемами, среди которых его застал момент смерти. Иногда эти проблемы совсем уж ничтожны по сравнению с происходящим, но, тем не менее, во время встречи со «Светом» кого-то, например, очень заботила не погашенная конфорка плиты на кухне.
И практически все пережившие клиническую смерть сходятся на том, что посмертный опыт очень благотворно повлиял на качество их дальнейшей жизни. Они перестали бояться смерти и одновременно начали ценить каждое мгновенье жизни. Происходит переоценка ценностей. На первый план выходит нематериальное, духовное, а то, что раньше представлялось серьезной жизненной проблемой, становится проходным моментом или вообще лишается смысла.
Иногда в этих переживаниях люди видят то, что они ожидают увидеть. Христиане видят ангелов, Богоматерь, Иисуса Христа, патриархов. Индусы видят индусские храмы. Неверующие видят фигуры в белом, юношей, иногда ничего не видят, но чувствуют «присутствие». Психологи видели в свете облик своего отца или понимали его как «коллективное сознание» и так далее. Как оказалось, верующие имеют видения чаще, чем неверующие. Но при этом в христианский опыт вплетаются явные элементы буддизма.
