Арбалетчики же в свою очередь перезарядили орудия и дали ещё один залп по накатывающей на нас толпе. Толпа понесла новые потери, но не остановилась, однако её единый наступательный порыв поломался и вместо слитной волны на частокол стали пытаться запрыгивать одиночки, тут же получающие по лапам и головам. Чародеи же, осмелев, начали бить магией чаще, подойдя ближе к частоколу и не обращая внимания на потери своих подчинённых, увязших с нами в ближнем бою. То ли бабы ещё икры наметают, то ли Сяо их совсем уж взбесил. Ну а я с хищным оскалом дал своим подчинённым команду:
— Начать бомбёжку.
— Принято — хором коротко отозвались два вирдмана.
Через пару секунд в тылу врагов будто открылся проход в Инферно. Два драккара зависли над центром задней кромки вражеской формации и двинулись друг от друга, рисуя полумесяц огнетворными зельями. Его рога почти опёрлись на наш частокол, оставив лишь узкие проходы, а враги оказались в ловушке. Сзади и с боков их пожирал огонь, который в первую очередь накрыл магов и вероятно командиров, спереди был частокол и я с Браном и Альвбрандом, начавшими бить магией, не заботясь о защите.
Но к моему некоторому удивлению враги не сломались, продолжив атаковать со своими уже ставшими привычными криками про Йа-Йа. Гаркнул бы в ответ что-нибудь про головку от часов зоря, но никто не поймёт. Так что просто приходилось посылать в этих леммингов-переростков заклятие за заклятием. И благодарить Асгард за то, что чешуйчатые уроды не знают строя, который видимо не работает под водой. Стене щитов на частоколе противостояла не армия или даже отряд, а просто толпа пусть агрессивных и фанатичных, но всё же одиночек. Которую к тому же сверху начали обстреливать с драккаров. А потому конец был предсказуем.
— Твари опасные, но в целом довольно тупые — резюмировал Альвбранд, обирая мечи в ножны, когда натиск совершенно прекратился.
— Не без этого — согласился я с приёмным сыном — Хотя учитывая их количество, магическую поддержку и фанатизм мало кто бы устоял, опираясь лишь на свежий частокол.
— Что с раненными-то делать будем? — поинтересовался Хельг, один из новых хирдманов. Мужик при общении мне понравился своей основательностью, взвешенностью и незлобливым характером, да и Гринольв его весьма рекомендовал.
Раненные же рыболюды вполне себе присутствовали. Кого не добили, кому отрубили когтистую лапу, он упал под частокол, а потом товарищи подзатоптали, что к нам лезли. В ином случае я бы проявил гуманность, но у нас тут враждебная людям ксенораса, которая поклоняется враждебному же людям божеству, пытающемуся пролезть в наш мир. В смысле ещё более враждебному, чем папаша моей подколодной подруги, который как бы тоже ни разу не сахар. Усмехнувшись от этой мысли и повернувшись к сыну с хирдманом я в итоге выдал:
— Выберете четыре самых окровавленных столба и притащите в центр лагеря. Я организую походное капище и принесём их всех в жертву Одину, Локи, Тору и Тюру.
— Не слишком ли круто, всех пленных-то? — осведомился воин.
— В самый раз. Это не просто какие-то не похожие на нас разумные вроде орков или кошколюдов. Они называют себя детьми бога, что гораздо больше похож на демона, так что жалости тут нет места. А с их душами асгардцы куда надёжнее пояснят всем этим Ктулхам и Дагонам, что сюда не надо лезть. Теперь за работу, меньше слов, больше дела.
Получившие задачу бойцы удалились её выполнять, а добравшийся до меня Асмунд усмехнулся:
— Похоже мы славно потешили богов. Только не знаю, давать ли рыбомордым для ритуальных поединков оружие или и когти сойдут?
— Предложим, обычай есть обычай — пожал я плечами.
— Про богов-то ты серьёзно?
— Более чем — усмехнулся я — У них там уже появилась душонка демона, теперь эти добавятся. Будет чем предъявлять всяким божественным козлам, заодно сообщая, что тут бывает с их подопечными. В идеале бы вообще сделать так, чтоб вся нечисть с окрестных миров при слове «Свангард» начинала ссаться по углам от страха, хвататься за головы и в ужасе шептать «Там е₽ут! Там е₽ут! Там е₽ут!».
— Ха, ну это ты загнул! — рассмеялся рыжий здоровяк — В чужой стороне поражение ужас не вызывает, страх появляется только тогда, когда враг угрожает твоему дому.
— Тоже верно — пожал плечами я, наблюдая за муками выбора Альвбранда. Поди определи среди окровавленных брёвен самое окровавленное, которое нашим богам более всего по вкусу — Но в принципе и в этом пожалуй нет ничего невозможного. Эти же твари к нам залезают, может и мы однажды дырку найдём, чтоб к ним в набег сходить.
— Никогда не слышал о таком — усмехнулся слегка посерьёзневший Асмунд.
— Я тоже — осталось мне лишь пожать плечами — Но однажды всё происходит в первый раз.
