Ковальский тут же схватился за рацию и отдал несколько коротких команд. Как только искаженный голос собеседника-спецназовца умолк, федерал снова вынул пистолет из кобуры и оттеснил Маргариту от лестницы, направив ствол во мрак далеко внизу.
– Что все это значит?! – воскликнул служащий, не сводивший глаз с жутких статуй. – Что за хрень здесь творится?
– Не задавайте лишних вопросов, – отрезал Ковальский. – Лучше отправляйтесь к главному входу на кладбище и встретьте там наших людей. Проведете их сюда, а дальше они сами разберутся. Они вас не тронут, если не будете делать глупостей. Живо, марш!
«Могильщик» посмотрел на него округлившимися от ужаса глазами, но послушался. Секунду спустя его фигура исчезла за одним из памятников. Марго обернулась и снова всмотрелась во мрак склепа. В воздухе чувствовался еще один странный терпкий запах, как будто знакомый.
– Все помнишь, Марго, – шепотом сказал ей Ковальский, целясь в проход. – Идешь за мной шаг за шагом. Как в Триумф-Паласе.
Девушка молча кивнула и пропустила его вперед. Две фигуры стали медленно продвигаться в глубь склепа по холодным каменным ступеням. Пока они спускались по лестнице, казалось, что египетские статуи становятся все выше и выше, провожая их в загробный мир.
Оба старались двигаться вдоль стены, чтобы не повредить следы в пыли для последующей их обработки криминалистами. Они вслушивались в каждый шорох, но склеп хранил воистину гробовое молчание. Как только Ковальский и Марго полностью миновали могильную яму, свет с улицы перестал до них доходить. Пришлось вооружиться фонариком, несмотря на риск выдать свое местоположение.
Спустя еще с десяток метров лестница повернула вправо и закончилась очередной дверью. Ковальский занял позицию у края створки, держа пистолет наготове. Молча дал Марго знак открывать. Девушка как можно тише, стараясь не бряцать связкой, вставила ключ в замок и медленно повернула. Затем она резко распахнула дверь.
Ковальский ввалился внутрь, поводил пистолетом вправо и влево, а затем, не оборачиваясь, тихо сказал:
– Никого. Заходи.
Они оказались в огромном прямоугольном зале, на всем протяжении которого через равные интервалы стояли десятки саркофагов. Здесь были и гробы, уложенные на полки в три ряда в стенах зала. Ряды делились на секции статуями Сета. Египетский бог хаоса и разрушения своими злобными узкими глазами словно наблюдал за чужаками отовсюду.
Ковальский обыскал весь зал, заглянув за каждый угол, но никого не нашел. Комната была безопасна. В углах стояли небольшие чаши, курившиеся благовониями.
– Могильщик нам не соврал… – проговорил Ковальский. – Это место кто-то регулярно посещает, только вот уборкой брезгует. Следы в пыли и подношения четко свидетельствуют об этом.
Маргарита аккуратно двинулась вдоль стены, мимо десятков саркофагов. Она не могла сказать, кто в них покоился, но не сомневалась, что скорее всего это действительно были высокопоставленные члены Ордена. Девушка разглядывала резные края, поражаясь, что эти культисты могли позволить себе хоронить своих мертвецов на кладбище в самом центре города. И при этом их никто не заметил, никто им не помешал. Не зря Ратцингер сказал, что сеттиты наверняка смогли проникнуть почти во все структуры власти и чувствуют себя хозяевами мира.
Но тогда к чему еще они стремятся? Зачем они затеяли весь этот маскарад? Убийство её отца… Террористические акты на московских вокзалах, пускай даже и преследующие цель реализации некоего жуткого ритуала массового жертвоприношения… Тайные убежища… Жрецы… К чему все это?
– Здесь есть путь дальше, – услышала она голос Ковальского.
Все так же с пистолетом наголо он стоял у еще одной большой дубовой двери в дальнем конце комнаты. Он аккуратно толкнул её, створка поддалась. Федерал проверил соседнее помещение, но и там никого не было. Только еще одна каменная лестница, спиралью уходившая еще глубже под землю.
– Может быть, лучше дождаться бойцов «Альфы»? – шепотом поинтересовалась Марго.
– Зная сеттитов, лучше застать их врасплох, – раздраженно пояснил Ковальский. – Тихо.
Они оба двинулись вниз, осторожно ступая в темноте. Любой неудачный шаг мог окончиться шумным падением со множеством травм и последующим разоблачением. Маргарита старалась не отставать, чтобы не оказаться в полной темноте, будучи без фонаря.
Девушка насчитала три полных оборота, когда лестница наконец-то закончилась. Двое незваных гостей оказались перед еще одной дубовой дверью, которую Ковальский с опаской толкнул. За ней они увидели еще один большой зал, тонущий во мраке. Стены были выложены из огромных неотесанных булыжников. Местами по ним сочилась вода. Зал оказался достаточно большой, чтобы фонарь Ковальского не мог осветить его весь.
