- Смотри, не дури, - предупредил Абдурахманов, - Мороз за это время может совершить еще какое-нибудь преступление. Ты будешь отвечать. Не забывай об этом.
- Ладно. Отвечу.
Дни, как осенний листопад, замелькали перед глазами негласной оперативной группы. Дружинники каждое утро докладывали «обстановку». «Обстановка» же, к сожалению, не менялась. Однако никто не унывал. Желание во что бы то ни стало раскрыть преступление было до того сильным, что неудачи только подзадоривали всех.
- Есть! - сказал однажды Лазиз, входя в комнату участкового.
- Где он? - рванулся навстречу Сергей.
- Многого захотел, - плюхнулся на диван оперуполномоченный. - Напои сперва меня чаем. Я еле дышу, даже похудел.
- Пожалуйста, Лазиз Шаикрамович, - услужливо подала Рийя младшему лейтенанту пиалу с душистым напитком.
- Ну что же ты? - напомнил Сергей, видя, что Шаикрамов не торопится.
- Сейчас, Серега, сейчас…
История, которую рассказал оперуполномоченный, была ничем не примечательна, однако он с таким воодушевлением и интересом передал все, что она получила особый, почти фантастический оттенок. Короче говоря, младшему лейтенанту, как говорят, удалось напасть на след. Он отыскал некоего Абдулина, проживающего в Гулистане, который, по его мнению, продавал на рынке ворованные вещи.
Вот как это произошло.
В Гулистан Шаикрамов приехал после беседы с одним из задержанных, который оказал, что видел однажды в Гулистане человека со шрамом.
- Вас интересуют только те люди, у которых на лицах шрамы? - спросили в гулистанском отделении милиции.
- Нет, меня интересует человек, который совершил преступление.
- Есть тут один такой. Не то актер, не то гример в прошлом. В общем, работал в театре. Он может сделать искусственный шрам. Поинтересуйтесь.
«Ну все, если и здесь не удастся найти его, то я, пожалуй, умою руки», - подумал оперуполномоченный, подходя к небольшому домику, обнесенному редким тесовым забором.
Встреча с бывшим гримером состоялась перед вечером. Лазиз отрекомендовался электромонтером. Подвыпивший хозяин вскоре разговорился и стал вспоминать о своей прошлой жизни. Лазиз подливал масла в огонь, сочувствуя рассказчику.
- Я старый театрал. Будучи в Ташкенте, не пропустил ни одной премьеры, - хвалился Абдулин.
- Между прочим, в вашем лице театр потерял великолепного художника. Гример - это же человек искусства!
- Вот именно. Я в совершенстве владею искусством перевоплощения. Хотите увидеть?
- Не стоит, я верю. Выпейте лучше.
- Эт-то можно-с, - согласился хозяин. После очередной рюмки он снова заговорил о своей бывшей профессии - За что, спрашиваете, выгнали меня с работы? Нетрезвенник… Да знают ли они, что я пил для вдохновения! Я и сейчас выпью, а дело свое не испорчу… Не протестуйте. Одну минуточку.
Абдулин исчез в соседней комнате и вскоре возвратился почти неузнаваемым.
- Великолепно! - восхитился Лазиз.
- То-то, брат…
- Что же было дальше? - нетерпеливо спросила Рийя.
- Клянусь аллахом, Абдулин все рассказал, - высказал предположение Зияев.
- Ты такого же мнения, Серега?
- Нет, - улыбнулся участковый Лазизу. - Абдулин еще ничего тебе не рассказывал. Ты только что доставил его в отдел. Сейчас будешь допрашивать.
- В последнем предположении ты дал маху, - развалился на стуле оперуполномоченный. - Я поступил по-другому: сфотографировал его.
- Молодец! - искренне похвалил Сергей.
- Чепуха, - отмахнулся Лазиз. - То, что сделал я, может сделать любой оперативник. Нужно только иметь терпение. Вообще-то, конечно, мне чертовски повезло!
- Подполковник в курсе? - поинтересовался Сергей.
- Нет… Знаешь, что он вчера сказал мне? «Пиши постановление об аресте Мороза и заканчивай дело. Я устал от твоих фокусов».
- Что же ты ему ответил?
- Не помню. Злой был. Кажется, нагрубил.
- Мороз же ни в чем не виноват, - почти крикнула Рийя.
- Против Мороза улики и свидетели. Этого достаточно, чтобы привлечь его к ответственности… Кстати, вы не забыли о нем? Василий, ты должен сделать из него человека. Я бы на твоем месте не отпускал его от себя ни на один шаг. Ты помнишь еще, как он пришел к тебе на помощь? Честноё слово, тогда бы грабители разделались с тобой!
- Не разделались бы, - вспыхнула Рийя. - Василь не из трусливого десятка.
- Мы помним о нем, Лазиз Шаикрамович, - сказал Войтюк.
- Вот это уже слово мужа! - одобрил оперуполномоченный. - Серега, поехали за актером.
- Сейчас?
- Разве у нас имеется причина ждать? Чем быстрее мы заставим его признаться в связи с Бахтияровым, тем скорее защитим алиби Мороза. Не так ли, Рийя?
Сейчас Абдулин сидел в кабинете оперуполномоченного. Он тер ладонями виски, силился что-то вспомнить. Судя по-всему, половину встречи с «электромонтером» он не помнил. Лазизу это было на руку. В его сейфе лежали фотокарточки.
- Значит, вы не знакомы с Бахтияровым? - возвратился оперуполномоченный к прерванному разговору.
- Нет, - Абдулин снова потер виски.
Лазиз еще некоторое время помолчал, прошелся по кабинету и сел напротив гримера.
- Вы часто бываете в Янгишахаре?
- Три-четыре раза в год.
- Что вас здесь интересует?
- Театр. У нас же нет.
