- Кушайте, - сказал он и тут же удалился.
Подполковник пил медленно, рассказывая о том, как
ездил лётом в Кисловодск.
- Сердце у меня пошаливает, - сокрушался он. - Так иногда схватит, что думаешь: «Ну, товарищ Абдурахманов, пришел твой конец. Собирайся в путь-дорогу…»
- С сердцем не шутят, - глубокомысленно заметил Вахабов.
- Вам, товарищ подполковник, еще надо поехать подлечиться, - подхватил Сабиров и вздохнул. - Тяжелая у вас работа. Требует много сил. Не каждый сможет так, как вы, день и ночь с людьми.
- Где там! - подхватил Вахабов.
На новых подносах появились тарелки с луком, редькой, солеными огурцами и помидорами, с новыми чайниками и гранеными стаканами.
Теша Балтабаев подмигнул Сабирову и наполнил два стакана коричневой жидкостью.
«Коньяк», - понял Сергей.
- Что это у тебя чай холодный? - усмехнулся Абдурахманов, глядя на Тешу.
- Это особый сорт. Его горячим не пьют. Пожалуйста, товарищ подполковник, - протянул Теша Абдурахманову один стакан. Другой он подал Сабирову. - Это вам, товарищ лейтенант. По старшинству, так сказать.
- Нет, нет, мне потом, сначала пусть выпьет Гани-ака, - запротестовал участковый.
- Э, нет, Карим-ака, сначала вы должны выпить, - стал отказываться Вахабов. - Такой закон… Пейте, пейте, иначе вы меня обидите. Теша-ака правильно все сделал.
- Нет, нет, Гани-ака, вы пейте, - отстранил стакан Сабиров. - Я еще успею выпить. Прошу вас.
- Э-э-э, - снова начал Вахабов.
- Хватит вам, - не выдержал Абдурахманов, который с нетерпением поглядывал на свой стакан. - Рядиться после будете. Дайте человеку подлечиться. Со вчерашнего дня голова трещит.
- О, извините, товарищ подполковник, - засуетился Сабиров.
Он взял стакан у Вахабова и, улыбаясь, потянулся к Абдурахманову. Подполковник поднял свой стакан. Они чокнулись и, ни на кого не глядя, разом выпили.
- Теша будто в воду смотрел, когда говорил об исключительных свойствах своего чая, - крякнул подполковник, ставя стакан перед собой. - Хотя его чай и холодный, однако так все внутри и обжег!
- Хорошо, - подтвердил Сабиров.
- Не первый раз, знаем, что делаем, - попытался сострить Балтабаев.
- Молодец! - одобрил Абдурахманов.
Сергей взглянул на Лазиза, спрашивая глазами, как поступить, когда Балтабаев подаст коньяк. Лазиз ничего не ответил, хотя, очевидно, хорошо понял все. Он сидел, по-восточному поджав ноги, и неторопливо пил чай из пиалы. Его, казалось, ничто не интересовало; ни заваленный обильной закуской и сладостями дастархан, ни льстивые речи Сабирова и Балтабаева.
Собственно, может быть, все так и было? Возможно, его мысли все еще занимала прекрасная Шазия?
- Пожалуйста, Сергей-ака, - протянул ему Балтабаев полный стакан.
- За знакомство, - тут же проговорил Вахабов. У него в руке тоже был стакан с коньяком.
- Спасибо, - поблагодарил Сергей. Он снова посмотрел на Лазиза, по-прежнему спокойно попивающего чай, и решил воспользоваться восточным гостеприимством - Пожалуйста… Пожалуйста, Лазиз-ака, сначала вы.
Оперуполномоченный поставил пиалу на ковер и взял у Сергея стакан.
- Значит, за знакомство? Очень рад познакомиться с вами, многоуважаемый Гани-ака!
Лазиз кивнул головой так, словно действительно был рад такому тосту.
- О! - произнес Вахабов.
Балтабаев захлопал в ладоши:
- Ура! В нашем полку прибыло!
Абдурахманов перестал жевать:
- Я думал, что ты не будешь пить… Молодец! Перед пловом можно еще по одному пропустить.
- Обязательно, - бодро ответил Лазиз. Он весело подмигнул Сергею.
«Ладно, и я выпью, черт с ними! - решил Голиков. - Работы у меня особой не предвидится. Погуляю часа два и на участок пойду».
Сергей взял стакан и внезапно опустил руку. Совсем же недавно клялся, что никогда не возьмет в рот ни одной капли вина. Ведь и сейчас еще, как вспомнит все, так и встает перед ним испуганное лицо Крупилина, так и видит, будто наяву, потревоженные лица Садыка-бобо и Айджамал-биби, так и слышит упрек Кати… Нет, нет, ему нельзя пить. Ни в коем случае.
- Что же ты? Давай, - напомнил Теша.
- Тяни! За дружбу участков, - пьяновато захихикал Сабиров.
- Не могу.
- Это почему? - удивился Вахабов.
- Не пью.
- Брось ты арапа заправлять, - скривился Теша. - Нет таких участковых, которые бы не пили. Не видел я таких в жизни.
- Посмотри, - подсказал Лазиз.
- Что же ты, Голиков? - вскинул взгляд Абдурахманов.
- Мне сейчас на участок.
Абдурахманов одобрил:
- Правильно! Совершенно правильно!.. Оставьте его, товарищи. На работе пить всем запрещаю. После работы - пожалуйста. Только никому на глаза не попадайтесь. У лейтенанта сегодня выходной, он может пить, - добавил подполковник, когда Сабиров заерзал на месте. - Правильно, Голиков! Повеселишься после дежурства.
- С кем же я выпью? - напомнил о себе Теша.
- С чайханщиком, - улыбнулся Лазиз.
- Абдусамат! - тут же позвал Вахабов.
Чайханщик явился немедленно:
- Слушаю, Гани-ака?
- Плов еще не готов?
- Через пять минут принесу.
- Выпей.
- Давай со мной за дружбу, - потянулся Теша к чайханщику.
- Можно.
