Плов принесли два человека на двух огромных эмалированных блюдах. Ели шумно, пьяно угощая друг друга, заискивающе глядя в глаза Абдурахманову. Он все принимал как должное. Важничал и пил, то приподнимаясь на локоть, то снова ложась. Каждый раз, когда он приподнимался, Сабиров подсовывал ему под бок очередную подушку, приговаривая:
- Кушайте, Султан-ака, кушайте.
По званию уже никого не называли: вступал в силу закон «братства».
- Хорошо, Карим, что тебя все так. любят на участке, - хвалил Сабирова начальник отдела. - Ты передай свой опыт всем участковым, чтобы у нас не было строптивых.
- Я сделаю все, что вы прикажете, Султан-ака.
- Знаю, знаю. Поэтому и уважаю тебя. Есть у нас в отделе еще, к сожалению, некоторые офицеры, которые только на словах преданы нашему общему делу… Я имею в виду вас, товарищи, - посмотрел подполковник на Лазиза и Сергея. - Да, да, я имею в виду именно вас, товарищи! Именно-о!
- Не понимаю, - поднял голову Лазиз.
Сергей насторожился: это, пожалуй, было как раз го, о чем начальник отдела собирался поговорить с ними. Не потому ли Лазиз согласился выпить? Для храбрости.
- Ты тоже не понимаешь? - обратился Абдурахманов к Сергею.
- Откровенно говоря, я поражен. Мы, кажется, неплохо выполняем свои обязанности.
- Вот, вот! В этом-то и беда, что вам только кажется! Ему вот не кажется, - кивнул Абдурахманов на Сабирова. - Он уверен, что работает хорошо… Слышите, поют? Это его заслуга. У тебя, Голиков, конечно, нет таких дружинников?
- На моем участке нет, - признался Сергей.
- Плохо.
- В чем же моя вина? - напомнил Лазиз. - У Голикова нет артистов, тут он действительно дал. маху. Мне же артисты не нужны.
- Ты сам должен быть артистом. Каждый работник милиции должен быть артистом. Оперативник особенно! Куда ты смотрел, когда произошла магазинная кража? Она до сих пор у меня вот тут! - Абдурахманов постучал ребром ладони по затылку.
- Кража давно раскрыта, - вступился за друга Сергей.
- Раскрыта? Обвинили честного человека! Я уверен, что преступление совершил Мороз. Все улики против него.
- Правильно, товарищ подполковник, - вступил в разговор Сабиров. - Я знакомился с материалами. Бахтияров и Карпова ни в чем не виноваты.
- То есть, как это не виноваты? - возмутился Сергей. - Они сами признались в преступлении.
- Ерунда! С перепугу мало ли что можно сделать, - махнул рукой Абдурахманов.
- Все улики говорят против Бахтиярова и Карповой, - сказал Лазиз. - Надо немедленно арестовать обоих. Иначе они еще что-нибудь натворят.
- Ничего они не натворят, - усмехнулся председатель базаркома. - Я знаю их много лет. Это честные люди. Гани Бахтияров работает двадцать два года в торговой сети.
- Двадцать два года, наверно, и ворует, - зло бросил Сергей, глядя в глаза Вахабову.
- Что?! - сорвался с подушек Абдурахманов. - Кто тебе дал право так говорить о моих друзьях?
Сергей встал, едва сдерживая гнев. В чайхане повисла тишина.
- Я прошу вас, товарищ подполковник, не кричать, - медленно, с трудом выговаривая слова, произнес Сергей. - Не то…
- Не то? - перебил Абдурахманов.
- Не то я обо всем доложу партийной организации!
- Запугиваешь?
- Предупреждаю.
- Уволю! - загремел подполковник. Он был неузнаваем. От возмущения и выпитого коньяка глаза его налились кровью, подбородок вытянулся вперед, раздвоившись на крутые половины.
- Как вам не стыдно, Султан Абдурахманович, - . сказал по-узбекски Лазиз.
- Что?
- Я говорю, стыдно так делать. Вы же офицер, начальник отдела милиции! - спокойно продолжал Лазиз. - Я не знаю, как оценить ваш поступок.
- Обоих ув-волю! - снова закричал Абдурахманов. Потом, тяжело перевернувшись на спину, принялся нервно хохотать: - Ох, не могу! Убили! Клянусь, убили. Ну, молодцы! Ну, спасибо! Ай да друзья-товарищи! Вот это удружили. Вы слышите, какую они шутку со мной выкинули?
Никто пока ничего не мог понять. Особенно недоумевали Сабиров и Вахабов. Они то пожимали плечами, глядя друг на друга, то с беспокойством склонялись над Абдурахмановым. Правда, Лазиз кое о чем догадывался. Однако это были смутные предположения, о которых он не хотел говорить вслух.
- Хватил! - постучал пальцем по виску Теша. - Ничего. Это бывает.
- Кто хватил? - приподнялся Абдурахманов.
Балтабаев опешил - заморгал рыжеватыми ресницами, не зная, куда деть глаза:
- Я… Понимаете…
- Брось! - обрубил начальник отдела. - Ты посмотри на Голикова и Шаикрамова. Учись у них.
- Чему? - опешил окончательно Теша.
- Принципиальности. Честности. Мужеству. Понял?.. Ну, молодцы! - перестал смеяться подполковник. - Черт меня побери, ловко же я вас разыграл! Мне хотелось узнать, как вы отнесетесь к этой проклятой магазинной краже!
- Так это была шутка? - спросил Лазиз.
- Ну конечно! Как же вы сразу не догадались? Хвалю. Раньше я подумывал, что вы с виду только принципиальные. Хорошо, что я сегодня пригласил вас сюда. Теперь я знаю, на кого можно опереться в трудную минуту… Вахабов, сколько с меня?
- Гмм… Ээ-э-э, - замычал Вахабов.
- Теша! - повернулся Абдурахманов к Балтабаеву.
- Двадцать пять.
Подполковник небрежно бросил деньги на тарелку.
