А ведь она права. Да, он попал в колесо. И эта бесконечная гонка каким-то удивительным образом стала смыслом его жизни. Каждое утро он просыпался с одной целью. Нет, не увидеть Париж и умереть. Смешные люди. Не стоит умирать ради Парижа. Есть вещи и поважнее. Промучиться всю ночь в поисках удобной позы. Если повезло — уснуть. Проснуться. Встать с кровати. Одеться. Выйти из дома. Пройти километров десять. Найти деньги, не встретившись с теми, кому должен, а если встретился, то отмазаться или, что является высшим пилотажем, вымутить у них же еще баблишка. Мозг удивительным образом отшелушивает все ненужное и оставляет только самое необходимое для выживания. Ты — супергерой, и у тебя есть супермиссия. Ложь эволюционирует и достигает космических масштабов. Проникает во все сферы жизни, пускает метастазы. Еще вчера ты соврал децл, а сегодня тебя уже накрывает лавина собственного лживого дерьма, забивает рот, уши, глаза. Жри его, сука! Подавись им! В ход идет все. Нет ничего святого. Все для победы! На благо космоса! А было ли святое у этого отморозка Дыбенко или жены его, сучки — Коллонтай? Все для победы, ебтыть! Над кем? Над чем? А Землячка? Слыхали? Маркиз де Сад по сравнению с ней был просто пай-мальчиком. А теперь ее именем названа улица в Волгограде. А че? Нормально! А он — Сережа. Серега-казак из станицы Новогригорьевской должен добыть всего лишь пару штук каждое утро. Дойти до точки, найти человека, дождаться, вставиться, и все. А дальше — выход в открытый космос… * * *
С весом на кармане не погуляешь. А когда припрет так, что до дома идти нет никакой возможности, то рад будешь притулиться где угодно. В парадной на Товарищеском в этот раз не вышло. Из квартиры на первом этаже вышел чувак с таксой, окинул подозрительным взглядом входящего Сережу, но прошел мимо — ему некогда, собака нещадно тянула поводок. В пролете между вторым и первым этажом никого не было. Возле мусоропровода закуток, где можно на время затаиться. Но тут стала спускаться девочка с ранцем. Увидев Сережу, она остановилась как вкопанная. В лифте ей, по-видимому, ездить не разрешали, а тут дядька враскорячку уселся в пролете. Девочка развернулась и пошла вверх по лестнице. И Сережа свалил от греха подальше. В остальных домах двери с домофонами. Пришлось идти на Дыбенко.
Ослабевшими ногами Сережа шел к гаражам — у Веруни там потайная хатка. Он спрятался между двух железных стен, присел на дырявую прожженную сидушку кресла, а через минуту глаза его закатились. Он завалился набок и притих.
Его нашли собаки. Зашумели, запрыгали, взбивая лапами жухлые листья, но, обнюхав Серегу и почуяв неладное, угомонились. Только обежали разок-другой вокруг гаражей, полаяли для порядка и уселись вокруг него, как тюлени на лежбище. Некоторые, повыше рангом, заботливо прижимались к нему боками, так что ноябрьская морось не разъедала его изнутри. А умная Герда побежала искать Веруню.
— Гарик, брат, помоги, выручи, прошу тебя. Сколько сможешь. Меня суки ростовские прижали. Ты меня знаешь, я верну через месяц. Все верну. Мы сейчас тему с финскими красками раскручиваем. Помоги, брателла! Помоги!.. Сука ты!
Отец бросил трубку с такой силой, что на аппарате появилась трещина. Но через секунду начал судорожно листать замусоленную телефонную книжку. Пальцы не слушались и пролистывали по две-три страницы. Наконец он нашел нужный номер и принялся с силой накручивать диск.
— Самвел! Слушай сюда! Ты мне двадцать тонн торчишь. Слушай сюда, я говорю! Мне позарез нужны бабки! Срочно! Да меня не волнует! Меня на счетчик посадили. Если я до среды не верну Кудрину сто штук, мне кранты! Да некуда мне бежать! Они меня везде найдут. Я их знаю. Это не люди, это звери. Они за пятихатку уроют. Не надо меня успокаивать! Ты мне деньги верни! Не знаю откуда! Магазин продай! Дом продай! Жену продай! Верни, падла, мои бабки!
Кира стояла в прихожей, не решаясь пройти в комнату. Последние дни с отцом творилось что-то странное. Он осунулся и как будто даже постарел. Практически не спал, не ел, а только сидел сгорбившись на продавленном диване, дрожащими пальцами закуривал сигарету, не докурив, тушил и тут же закуривал следующую. И непрерывно кому-то звонил.
— Девушка, передайте, пожалуйста, на пейджер 227356 сообщение: «Перезвони мне срочно, Георгий». Спасибо.
Раздался телефонный звонок, и отец молниеносно снял трубку.
— Да. Я. Да, Анна Васильевна. Я заплачу. Еще неделю подождите. Да знаю я, что все сроки прошли. Но я же всегда платил. Поймите, сейчас исключительная ситуация. Я все понимаю. Я вам обещаю! Клянусь! Деньги будут в среду. Анна Васильевна, нам некуда съезжать, у меня дочка — студентка. Ладно я, но куда я дочь дену! У вас ведь тоже есть дети. Ну вы же видите, что творится в бизнесе. Дефолт. Кризис. До среды! До среды! До среды! Клянусь!
