Тут Ина заметила жесты подзывающих ее Рико Посты и Долорес ван Брайт и, пробормотав извинения, убежала.
Кейт нарисовалась рядом всего через несколько секунд, пока Сэнди раздумывал, не выпить ли чего в баре-автомате. В зале стало тесно, собрались пятьдесят с лишним гостей, до этого Сэнди видел девушку в другом конце помещения. Выходит, Кейт следила за ним не менее внимательно, чем Вивьен. (Нет, Вивиен больше не смотрит. Ура! Психическое благополучие оставило его в покое.)
— Вы надолго в КС? — поинтересовалась Кейт.
— На обычный срок. Пока мы с «ЗК» будем нужны друг другу.
— Хотите сказать, что вы эдакий попрыгунчик?
— Попрыгать — спина не переломится, — попытался он неуклюже подогнать пословицу под обстоятельства, лишь бы не отвечать по существу.
— Впервые вижу, чтобы кто-то говорил это без притворства, — пробормотала Кейт. Ее глаза — темно-карие, пронзительные — не отпускали лицо собеседника. — Я как только увидела вас, сразу поняла, что вы не такой, как все. И откуда вы упрыгали?
Сэнди замялся, Кейт поспешно добавила:
— Ой, я знаю, что совать нос в чужое прошлое невежливо. Ина повторяет это с тех пор, как я научилась разговаривать. Не пялься, не показывай пальцем, не переходи на личности. Но у людей есть прошлое, и оно записано в личном деле, хранящемся в Канаверале, так почему бы не рассказать друзьям то, о чем машины и так знают?
— Друзья нынче не в моде, — огрызнулся он резче, чем хотел. Когда в последний раз его заставали врасплох подобным образом? Даже проклятие Флакнера — как будто прошла целая вечность — не выбило его из колеи так, как выбила сегодняшняя непринужденная болтовня. Но почему? Почему?!
— Но и не перевелись окончательно. Я чувствую: у вас есть задатки, чтобы быть ценным другом.
Сэнди пришла в голову неожиданная мысль. Что, если эта безыскусная, тощая, неказистая девица изобрела свой способ привлечения мужчин, которые в противном случае не обратили бы на нее внимание? Предложение дружбы было глубже банальных случайных связей, характерных для штепсельного образа жизни, и вполне могло устроить тех, кто изголодался по твердой эмоциональной пище.
Он чуть не принял предложение, но остановился, как если бы заранее пробуя на вкус готовые вырваться наружу слова. Они горчили на языке, как пепел. Сдержав порыв, Сэнди неохотно сказал:
— Благодарю за комплимент. Сейчас я больше озабочен будущим, чем прошлым. Моя последняя должность мне не очень понравилась. А как насчет вас? Учитесь? Что вы изучаете?
— Все подряд. Если вы умеете говорить загадками, то я тоже.
Сэнди выдержал паузу.
— А-а, в прошлом году — гидроэкологию, средневековую музыку и египтологию. Годом раньше — право, механику небесных тел и рукоделье. В следующем году, возможно… Что вы так смотрите?
— Ничего. Просто стараюсь проявлять восхищение.
— Не надо мявкать. Я же вижу, вас не удивляет, что кто-то тратит столько времени на какую-то ерунду. Я постоянно фиксирую такое выражение на лице Ины и ее так называемых друзей из здешней компании. — Кейт остановилась, задумалась. — Может быть, вы… Да, так оно и есть. Вы завидуете.
Часы показывали 21:30. Громкий гудок из прорезей в стене возвестил об открытии холодного буфета. Вернулась Ина, спросила, не принести ли ему тарелку еды. Он был рад, что момент позволил ему сформулировать такой ответ, какого можно было ожидать от Сэнди Локка.
— А-а, все знать вовсе необязательно. Достаточно установить, где это найти.
Кейт вздохнула и отвернулась со странным выражением в глазах. Он заметил его лишь мельком, но не сомневался в том, что оно выражало.
Разочарование.
1: Мертвая тишина, черное пустое пространство, колючие яркие точки звезд. Постепенно в поле зрения появляются обломки орбитальной фабрики. Видно, что взрыв вскрыл ее, как консервную банку. Вокруг плавают фигурки в скафандрах, напоминающие подвешенные за пуповины эмбрионы. Секундная пауза. Наезд камерой на фабрику, работающую в полную силу, сверкающую в лучах голого солнца, вокруг которой роятся мужские и женские силуэты, загружающие для отправки на Землю непилотируемые грузовые капсулы. Голос за кадром: «В отличие от первой…
