— Нейра, я видел у вас во дворе парня, — вдруг вспомнил лекарь. — У него серьезное искривление ног. Нейт Марагас изучал подобные болезни, пытался их лечить, но пришел к выводу, что помочь может только бинтование в раннем детском возрасте, а иначе будет поздно. Этому бедному парнишке придется доживать свой век в таком состоянии.
Я сразу поняла, что речь идет про Ника. Стоило ему появиться во дворе или на кухне — он неизменно привлекал внимание.
— Я забрала его из деревни для работы в замке.
— На что годится калека? — не понял Рингер, но под моим укоризненным взглядом смутился и тихо добавил: — Впрочем, сильный маг-целитель мог бы исправить дефект. Только вот досада, кости все равно пришлось бы ломать, чтобы потом они срастались правильно. Я слышал, Готары умели ускорять процесс роста костей.
С каждым днем узнаю о целительстве все больше, даже завидовать порой начинаю. Объединить бы знания и умения из современного мира с магией — вот бы зажили!
— Главное, что он хороший и исполнительный мальчик. А удастся ему помочь или нет, посмотрим, — ответила я мягко и поймала одобрительный взгляд Креца.
Он действительно хороший человек, умный и интеллигентный. И самое приятное, что предоплату за заказ брать не стал. Сказал, что я могу расплатиться с ним, как только будет удобно.
Конечно, я все ему верну. К халяве не приучена, чужой труд уважаю. А каждая потраченная монетка окупится сполна.
— Кстати, вы не слышали? Конечно, не слышали, — поправил себя Рингер. — Не так давно сверху пришло распоряжение давать всем детям рыбий жир для профилактики костных болезней. Какой-то ученый из столицы проводил эксперименты и создал жутко эффективную вытяжку. Только мне кажется, это все шарлатанством попахивает. Ну кто в здравом уме будет развозить по деревням и городам лекарства? На это рук не хватит.
Ого, ничего себе! А тут правда не все так плохо, как я думала.
— Да вы просто кладезь новостей, нейт Рингер! Не возражаете, если я буду узнавать их через вас?
Он аж расплылся в улыбке.
— Отрадно, что нейра интересуется столь важными вещами. Конечно, вы всегда можете на меня рассчитывать. Рад нашей дружбе, просто безумно рад! — Мы как раз вышли во двор, и Кокордия спустилась проводить гостей.
Старушка вежливо поговорила с Рингером. Он интересовался ее здоровьем, а его незамысловатые комплименты заставляли графиню краснеть от смущения.
Этот день стал для меня одним из самых удачных в новом мире. Ни жадные соседи, ни хитрый управляющий не смогли его испортить.
Дверь отворилась со скрипом, и мы с Кокордией вошли в пыльное помещение. В следующий миг я прикрыла нос, чтобы не чихнуть во всю громкость. Сквозь мутные стекла солнечный свет пробивался с трудом, придавая операционной еще более мрачный и заброшенный вид.
— Здесь давно никто не трудился, — с сожалением произнесла графиня. — А тот бездельник, которого мы наняли в гильдии, принимал у себя в кабинете. Мы держали его на случай, если произойдет что-то, с чем мы сами не справимся. Но когда Савад ударил Костадина булавой, лекаря уже не было в замке.
— Вам повезло, что у вас есть я, — произнесла я с усмешкой и провела пальцами по мраморному столу, оставив следы.
Из-за того, что в Ключе осталось мало народа, многие комнаты были закрыты. Мне больно было видеть такое запустение, ведь все, буквально все кричало, что когда-то здесь бурлила жизнь. Сновали многочисленные родственники и слуги, бегали дети. Но эти времена растворились в тумане.
— Ты только не зазнавайся, — проворчала графиня, придерживая подол и внимательно глядя себе под ноги. — Не люблю я это место. Навевает воспоминания.
— Понимаю, — я покрутила головой.
Несмотря на заброшенность, внутри не было ни мусора, ни осколков. Полку занимала батарея пустых склянок, на письменном столе лежала стопка ветхой бумаги, перо в чернильнице, целительская печать Готаров с деревянной ручкой. Я не знала, что они тщательно вели документацию и ставили оттиск, который невозможно было подделать.
— Можешь взять, рассмотреть на досуге, — небрежно бросила Коко, но я уловила в ее голосе болезненную нотку.
Она ведь тоже могла стать замечательным целителем, пользоваться этой печатью.
Я протерла вещь от пыли и опустила в карман.
— Жаль, что не осталось инструментов.
— Все вынесли, — графиня махнула рукой. — Все, что показалось мало-мальски ценным.
— Это похоже на ограбление.
— И ограбление, и унижение… И боги знают, что еще, — старушка поморщилась и отвернулась к окну. — Словно весь мир ополчился на наш род.
Мы постояли в грустном молчании, а потом Коко снова заговорила:
— Я прикажу здесь все вымыть и вычистить. Пользуйся, обустраивай на свой вкус.
Я улыбнулась и подошла к ней.
— Спасибо. Я еще думала, где найти подходящее местечко? А его и искать не пришлось.
— Кстати, у меня из головы не идут твои слова об Оливере. Я ведь просматривала его отчеты, не нашла, к чему можно придраться. Все казалось таким стройным и логичным.
— Но это не значит, что он не мог вас обманывать.
