Что касается Дейра, то он сейчас так близко наклонился к блондинке, что их головы почти соприкасались. Лоркан подозревала, что мотивы у него такие же, как у нее самой: показать принцу Грейдону, ради чего он рискует столь многим.
Тоби подняла голову и увидела, что руки прекрасной Лоркан лежат на шее Грейдона, а взгляд устремлен на Дейра. «Как интересно», – подумала Тоби и, улыбнувшись Грейдону, указала на соседний стул:
– Вы, наверное, умираете с голоду. Садитесь поешьте.
Грейдон сел рядом с ней. По выражению его глаз и молчанию Тоби поняла, что он чем-то расстроен. Тревожится за отца? Или переживает, как бы брат бог знает что не натворил бы со страной, пока рядом нет никого, кто мог бы его направлять?
– Попробуйте вот это. – Тоби намазала на рисовый крекер бледно-желтый сыр и протянула Грейдону.
– Нет! – выпалила с противоположной стороны стола Лоркан.
Это было первое слово на английском языке, которое Тори от нее услышала.
– В чем дело?
Лоркан сказала что-то по-ланкониански.
– Она говорит, что принц Грейдон не любит такой сыр, – перевел Дейр.
– О, прошу прощения.
Тоби перевела взгляд с одного лица на другое и вдруг поняла, что происходит. Все сложилось в единую картину. Заигрывания Дейра, вопросы про спальни и явное удивление, враждебность Лоркан и молчание Грейдона не имели никакого отношения к Ланконии. Каждый из них сделал о ней предположение и теперь демонстрирует вывод, к которому пришел. Насколько Тоби могла судить, гости решили, что она этакая роковая женщина, которая пытается отвлечь их дражайшего принца от обязательств перед страной. В то время как Грейдон… в это с трудом верилось, но, похоже, он ревнует! Неужели он решил, что она намерена разделить постель с красавцем Дейром?
Тоби положила крекер и отодвинула стул от стола.
– Знаете, я наелась, с меня достаточно. Оставлю вас обсуждать дела.
Она встала и направилась к двери на улицу.
Тоби не знала, куда направиться, знала лишь, что нужно выйти. Начался дождь, сначала тихий и теплый, но постепенно перешел в летний ливень, при котором не бывает сорванных крыш и вырванных с корнем деревьев. На Нантакете понятие «ливень» весьма относительно.
Тоби несколько секунд постояла на крыльце, но тут услышала за спиной какой-то звук, похожий на хлопок, и поспешила по подъездной дорожке в сторону улицы. Здесь она увидела, что в большом старом доме на противоположной стороне, которым владел по договору один из родственников Грейдона, дверь распахнута настежь. Тоби думала, что раз в доме никого нет, по-видимому, раньше кто-то плохо закрыл дверь. Кроме того, ей хотелось сейчас побыть в одиночестве и подумать, а лучшего места в данный момент не найти.
Под проливным дождем она быстро пересекла пространство перед домом и вбежала внутрь. Мраморный пол прихожей был мокрым. Тоби закрыла за собой двер и некоторое время постояла, прислонившись к ней спиной. Слева и справа от нее имелись еще двери, а посередине – широкая лестница. Она решила подняться наверх.
На втором этаже Тоби оказалась перед еще двумя распахнутыми дверями. Вспышка молнии озарила дом, и стало видно, что направо – спальня. Тоби вошла в помещение. В комнате царило запустение, повсюду лежал толстый слой пыли, висела паутина. В центре спальни стояла огромная кровать красного дерева. Тоби подумалось, что если бы кто-то захотел вынести этого монстра из комнаты, ему пришлось бы распилить его пополам. У боковой стены комнаты находился широкий камин, деревянную полку над которым украшал резной орнамент.
В глубине комнаты Тоби заметила еще две двери и подошла к той, что располагалась слева. За ней обнаружилась комната, которая, по-видимому, раньше была библиотекой, маленькой и уютной. По всему периметру располагались книжные полки, пустые и очень пыльные. У одной стены Тоби увидела небольшой камин, по обеим сторонам которого тоже стояли стеллажи. В четвертой стене имелось двустворчатое окно, а под ним стоял старый диван с гнутой спинкой.
За окном шумел дождь, в комнате царил полумрак, но почему-то Тоби почувствовала себя здесь очень спокойно и села на старый диван. При этом поднялось целое облако пыли, но ее это не беспокоило.
Тоби запрокинула голову и, оглядевшись, почти увидела комнату такой, какой она была когда-то: полки, заставленные книгами в кожаных переплетах, камин, в котором весело потрескивает огонь… А она сама в длинном платье из белой хлопковой ткани. Несмотря на пламя в камине, в комнате прохладно, и она плотнее кутается в шаль. Тоби знала, что шаль была красная, с пейслийским узором. Кто-то – капитан Калеб? – привез ее из своего последнего плавания в Китай. Картина рисовалась очень отчетливо. Тоби улыбнулась, закрыла глаза и задремала.
Ей снилось, что кто-то взял ее руку, поцеловал и на мгновение удержал у своего лица: она почувствовала прикосновение колючих усов и слегка улыбнулась, потому что знала: это тот, кого она очень любит.
– Тоби, – произнес глубокий голос.
