– Вы, лейтенант, удивительно догадливы. Правда, нынешний претендент скорее старый, чем новый. Это дядя бывшего правителя Читрала – Шер-аль-Мулюк, который в свое время с нашей помощью был из пределов княжества изгнан. Теперь он, заручившись поддержкой правителя соседнего княжества, во главе трехтысячного войска воинственных горцев движется к Читралу. По имеющимся у меня данным, передовые отряды будут в городе уже завтра.
– Поразительно, но в Малаканде об этом никто и слыхом не слыхивал, – удивился Джилрой. – А вы посылали к полковнику О’Нейлу нарочного?
– Конечно! Лучшего скорохода из роты сикхов я отправил еще два дня назад, – удрученно ответил Якобсон.
– Он должен был прибыть в гарнизон еще до моего убытия, – задумчиво сказал лейтенант. – Значит, он или сбежал, или захвачен патанами.
– Я хорошо знаю этого солдата, не раз видел его в бою. Он не мог сбежать! – уверенно сказал майор.
– Отсюда напрашивается вывод, что уже два дня назад дороги контролировались воинствующими горцами.
– Вполне может быть, – подтвердил вывод разведчика Якобсон.
– Что вы собираетесь предпринять, чтобы сообщить о мятеже в Малаканд?
– Отправлю еще одного проверенного в боях посыльного.
– Не надо! – твердо сказал Джилрой. – В крепости теперь каждый штык на счету. Я пошлю с донесением своего погонщика.
– Вы уверены, что он дойдет?
– Конечно дойдет. Не будут же патаны хватать мальчишку, спешащего с городского базара домой.
– Но они могут обыскать его и найти донесение, – предположил майор.
– Ну что ж, я учел и такую возможность, а потому не собираюсь писать донесение с тем, чтобы спрятать его в складках одежды. Мальчишка все передаст устно.
– А не напутает?
– Я вот уже несколько месяцев готовлю его для «Большой игры», и за это время он уже кое-чему научился. А теперь мне нужны самые последние данные, добытые вашими разведчиками. Завтра утром мой посыльный будет уже далеко от Читрала.
На следующий день Джилрой в сопровождении командира батальона кашмирцев капитана Коллинза осмотрел крепость, которая представляла собой квадрат со стороной в восемьдесят ярдов и располагалась на самом берегу реки Читрал, – так что с водой проблемы не было. Стены, сложенные из массивных каменных блоков, имели двадцать пять футов высоты и восемь футов толщины. По углам высились квадратные башни на двадцать футов выше стен. Пятая башня, предназначенная для защиты водозабора, была выдвинута к реке, так что до обреза воды оставалось не более двадцати шагов.
Джилрой сразу же отметил для себя сильные стороны цитадели, которая и с малым гарнизоном могла продержаться неделю и даже целый месяц, в зависимости от интенсивности артиллерийского и ружейного обстрела. Но он также увидел и серьезные недостатки, мешающие долговременной обороне. Прежде всего его поразил тот факт, что большинство построек внутри крепости были деревянными и при обстреле зажигательными снарядами и пулями могли воспламениться. Большую помеху создавали также и строения, прилепившиеся к крепостным стенам с внешней стороны. Но самая большая неприятность была в том, что внутренняя территория цитадели простреливалась не только с близлежащих скал, но и с высоких деревьев, в изобилии растущих вокруг. Именно поэтому подготовка к обороне потребовала внутри крепости некоторых конструктивных переделок.
О своих наблюдениях и выводах лейтенант доложил майору Якобсону, на что тот недовольно пробурчал:
– Чем советы давать, вы лучше бы разведку у меня наладили. Я до сих пор точно не знаю, какими силами и средствами располагает противник, уже захвативший северную окраину Читрала.
– Так давайте сделаем вылазку, – сразу же загорелся лейтенант. – Дайте мне взвод сикхов, и я проведу разведку боем!
– Идея не новая, – съязвил майор, – но в нынешнем нашем положении и в самом деле ничего другого не придумаешь. Только я поручу это дело капитану Коллинзу. Не хочу отвечать за вас перед полковником О’Нейлом.
Коллинз организовал вылазку небольшим отрядом кашмирцев. Наткнувшись на разрозненные отряды горцев, порознь входящие в город, капитан приказал атаковать противника. Но, как только завязался бой, с гор на подмогу патанам хлынул целый поток вооруженных ружьями и пиками фанатиков, которые сломали плотный строй британских солдат и, вопя и завывая, гнали их до самых ворот крепости. Капитан, потеряв в этом бою больше половины людей, сам был тяжело ранен.
На следующий день воинственные горцы плотным кольцом окружили крепость и начали правильную осаду. Засевшие на скалах стрелки открыли хоть и редкий, но прицельный огонь по передвигающимся внутри цитадели людям. И в первый же день убили с десяток солдат, вдвое больше ранили.
– Если так пойдет и дальше, то мы не сможем продержаться до прибытия подкрепления, – заключил майор, когда вечером ему доложили о потерях. И тут же приказал: – Всем передвигаться по крепости только ночью. Днем остаются лишь наблюдатели и дежурные огневые средства для внезапного отражения атаки противника.
На следующий день потери уменьшились вдвое, но для небольшого отряда защитников крепости и они были ощутимы.
