Чтобы преодолеть боязнь штопора у пилотов, Стефановский вывез для выполнения его на УТИ МиГ-15 инспекторский и командный состав истребительной авиации Дальнего Востока. По его словам:
В первой половине 1952 г. он, летая на Як-11 и УТИ МиГ-15 в закрытой кабине, осваивал систему посадки с использованием приводной радиостанции – ОСП, которая незадолго до этого начала внедряться в ВВС, а ныне обязательна для всех самолетов и аэродромов. В соответствии с должностными обязанностями у него многочисленные вывозные, инструкторские и контрольные полеты на спарке с командным составом полков 147-й иад, несколько полетов на МиГ-15 со стрельбой по конусу и посредником на ЛТУ. И вдруг без вывозных и контрольных полетов он в один из дней июня выполнил множество самостоятельных полетов на новом для него типе самолета:
Як-12 – многоцелевой трехместный подкосный высоко-план, созданный якобы по заказу И. В. Сталина для почтово-грузового обеспечения его дачи на озере Рица, где он мог бы садиться на поляне.
Коммуна Ленина – аэродром базирования 34-го иап, а Барановский – расположенная почти на 30 км южнее большая железнодорожная станция на Транссибирской магистрали, где отходит ветка в Корею. Поэтому можно предположить, что эти полеты были связаны с китайско-корейскими событиями и служили, возможно, для срочной переброски летчиков или мелких грузов.
В начале июля для завершения освоения системы посадки ОСП последний, как потом оказалось, в летной карьере летчика Урвачева полет на реактивном истребителе над территорией Советского Союза:
Но оказалось, что это его последний полет и в составе 147-й иад. Через пять дней он был переведен на ту же должность инспектора по технике пилотирования в 32-ю Краснознаменную истребительную авиадивизию ПВО, которая дислоцировалась неподалеку на аэродроме в г. Спасске-Дальнем.
Перевод Урвачева в 32-ю дивизию был связан с ее подготовкой к отправке в Китай. Рядовым летчикам дивизии предлагалось дать добровольное согласие выехать в эту «правительственную командировку для выполненения специального задания». Участники тех событий вспоминают, что
В отличие от рядовых летчиков командный состав, начиная с командиров эскадрилий, отправлялся в эту командировку без его согласия, по приказу, в соответствии с которым и подполковник Урвачев оказался в 32-й иад, а на пятый день после перевода вместе с этим соединением под командованием полковника Г. И. Гроховецкого отбыл поездом со станции Евгеньевка в Китай.
