На защите московского неба полностью

За день до этого старший лейтенант Виктор Коробов в паре с сержантом Василием Захаровым вылетели на перехват немецкого разведчика Ю-88, который уходил на запад, и преследовали его на высоте 7000 м. Недалеко от линии фронта на встречном курсе появились вызванные, наверное, разведчиком на помощь два Ме-109, которые шли на высоте 4500 м, не заметили Коробова и Захарова и разминулись с ними. «Юнкерс» был все еще далеко и, видимо, уже недосягаем для перехватчиков.

Поэтому Виктор Коробов развернулся на 180° и, разогнавшись на пикировании, обрушился на ведомого летчика немецкой пары истребителей. Но тот не принял боя и сам, перейдя в пикирование, ушел к линии фронта. Виктор, используя запас скорости, атаковал ведущего, поймал его в прицел на выходе из боевого разворота, и после первой же очереди мессер перевернулся – видимо, летчик был убит, вспыхнул и, кувыркаясь, пошел к земле. Это была сотая победа на счету летчиков 34-го полка.

Через день в связи с этим в полку состоялся митинг. Выступавшие говорили: «В этих победах заложен героизм летчиков – Александрова, Киселева, Тараканчикова, Платова, Коробова, Урвачева, Белоусова и других, самоотверженная боевая работа авиамехаников и младших авиационных специалистов». Во время митинга старший лейтенант Урвачев со старшим сержантом Гозиным были по тревоге подняты в воздух на перехват Ю-88.

Они обнаружили его на высоте 7000 м и атаковали со стороны солнца настолько внезапно, что стрелок противника не успел сделать ни одного выстрела и был убит. После второй атаки у «Юнкерса» загорелся левый мотор, и он пикированием перешел на бреющий полет. Здесь летчики продолжили атаку, и Сергей Гозин в упор бил по кабине и моторам бомбардировщика, который вскоре потерял управление и рухнул, – 101-я победа полка.

В газете 6-го иак «За храбрость» появилась большая фотография, на которой с трудом можно было узнать летчика Урвачева, и заметка: «Позавчера старший лейтенант Урвачев в паре с сержантом Гозиным сбил немецкий бомбардировщик «Юнкерс-88». Противник шел на большой высоте. Здесь его встретили советские летчики. Пытаясь спастись, «Юнкерс» пикировал почти до земли. Но и тут он не ушел от смертельного огня истребителей <…>».

Более тридцати лет спустя об этом же рассказал на встрече ветеранов 34-го иап в Клину бывший начальник штаба полка Александр Михайлович Фирсов, седовласый, спокойный и неторопливый человек.

«Жора Урвачев был профессор – с молодыми летчиками практические занятия проводил в бою. Однажды подняли его в паре с таким летчиком на перехват разведчика, а я их наводил и был с ними на связи. После первой атаки Жора говорит ведомому летчику:

– Видишь, в задней кабине ствол пулемета вверх торчит? Значит, стрелка я убил. Выходи вперед меня, бей по кабине с переходом на двигатель… ну вот – горит, пошли домой.

Он сделал самое опасное – нейтрализовал в «Юнкерсе» стрелка, который встречает атакующий истребитель огнем в упор. После этого мог добить «Юнкерса» и записать его на свой счет. Однако он вывел вперед молодого, чтобы тот почувствовал себя победителем, приобрел уверенность в себе, без чего боевого летчика не бывает».

Как следует из документов, боевая работа молодых мужчин в небе привлекла пристальное внимание женщин на земле: «Сбитие самолета противника подтверждается гражданками деревни Дубровки, присутствовавшими на месте падения самолета». Командир полка особо отметил, что Сергей Гозин «в этом воздушном бое проявил себя храбрым и бесстрашным сталинским соколом», и объявил ему благодарность. А вскоре Сергей был награжден медалью «За отвагу».

Но и неудача была рядом. Через два часа после этого боя Сергея Платова и сержанта Александра Тихонова в районе Клина навели на самолет противника. В первой же атаке его стрелок пробил на самолете Платова масляный бак, и он пошел на вынужденную посадку в Алферьево. Александр продолжил преследование, но «по израсходованию горючего» тоже произвел вынужденную посадку в 3 км от Серпухова.

А Виктор Коробов через три дня после этого встретился с Хе-111, которого атаковал сверху справа и с дистанции 75 м ударил по правому мотору и кабине летчика. Во второй атаке он подбил левый мотор, и самолет противника начал снижаться. Еще одна пулеметная очередь – и он рухнул на землю в районе Вязьмы. Бой длился четыре минуты.